No title available
we're not kids anymore.
trying on a metaphor
Peter Solarz
No title available
Sweet Seals For You, Always
TVSTRANGERTHINGS

izzy's playlists!

Product Placement
DEAR READER
sheepfilms
🪼
PUT YOUR BEARD IN MY MOUTH
macklin celebrini has autism

pixel skylines
NASA
KIROKAZE
Stranger Things
Not today Justin
One Nice Bug Per Day
seen from Jamaica
seen from United States

seen from Jamaica

seen from United States
seen from United States
seen from United States

seen from Russia

seen from United States
seen from United States
seen from China

seen from Canada
seen from China

seen from United States
seen from United States
seen from Chile
seen from Canada

seen from T1
seen from United States

seen from Estonia
seen from Bangladesh
@asthedeerblog
angry anfisa masterpost
web star
IG: @trishnagaara
Кoгда-нибудь у меня рoдится сын».
«Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: «Милый! Ты не обязан становиться инженером. Ты не должен быть юристом. Это неважно, кем ты станешь, когда вырастешь. Хочешь быть патологоанатомом? На здоровье! Футбольным комментатором? Пожалуйста!
Клоуном в торговом центре? Отличный выбор!»
И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий клоун с подтеками грима на лице, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет! Я клоун в торговом центре! Ты такую жизнь для меня хотела? Чем ты думала, мама, когда говорила мне, что высшее образование не обязательно? Чего ты хотела, мама, когда разрешала мне вместо математики играть с пацанами?»
А я скажу: «Милый, но я следовала за тобой во всем, я не хотела давить на тебя! Ты не любил математику, ты любил играть с младшими ребятами». А онскажет: «Я не знал, к чему это приведет, я был ребенком, я не мог ничего решать, а ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и разотрет грязным рукавом помаду по лицу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые ищут виноватых. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот».
Он скажет «ах» и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
Или не так. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: «Не будь идиотом, Владик, думай о будущем. Учи математику, Владик, если не хочешь всю жизнь быть оператором колл-центра».
И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий программист с глубокими морщинами на лице, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет. Я работаю в „Гугл“. Я впахиваю двадцать часов в сутки, мама. У меня нет семьи. Чем ты думала, мама, когда говорила, что хорошая работа сделает меня счастливым?
Чего ты добивалась, мама, когда заставляла меня учить математику?»
А я скажу: «Дорогой, но я хотела, чтобы ты получил хорошее образование! Я хотела, чтобы у тебя были все возможности, дорогой». А он скажет: «А на хрена мне эти возможности, если я несчастен, мама? Я иду мимо клоунов в торговом центре и завидую им, мама. Они счастливы. Я мог бы быть на их месте, но ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и потрет пальцами переносицу под очками. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время жалуются. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот».
Он скажет «ох» и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
Или по-другому. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот.
Буду ему с трех лет твердить: «Я тут не для того, чтобы что-то твердить. Я тут для того, чтобы тебя любить. Иди к папе, дорогой, спроси у него, я не хочу быть снова крайней».
И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий режиссер со среднерусской тоской в глазах, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет. Я уже тридцать лет пытаюсь добиться твоего внимания, мама. Я посвятил тебе десять фильмов и пять спектаклей. Я написал о тебе книгу, мама. Мне кажется, тебе все равно. Почему ты никогда не высказывала своего мнения? Зачем ты все время отсылала меня к папе?»
А я скажу: «Дорогой, но я не хотела ничего решать за тебя! Я просто любила тебя, дорогой, а для советов у нас есть папа». А он скажет: «А на хрена мне папины советы, если я спрашивал тебя, мама? Я всю жизнь добиваюсь твоего внимания, мама. Я помешан на тебе, мама. Я готов отдать все, лишь бы хоть раз, хоть раз понять, что ты думаешь обо мне. Своим молчанием, своей отстраненностью ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и театрально закинет руку ко лбу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время чего-то ждут. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот».
Он скажет «ах» и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
Этот текст — хорошая профилактика нашего материнского перфекционизма — стремления быть идеальной мамой. Расслабьтесь! Как бы мы ни старались быть хорошими мамами, нашим детям все равно будет что рассказать своему
психотерапевту".
Светлана Хмель
IMS0MEWHERE
Bae Yoon Young photographed by Nicolas Kantor for Chanel Beauty
I feel terrible, like there’s a weight on my chest. — HOWL’S MOVING CASTLE (2004) dir. Hayao Miyazaki
pictures i took in croatia last summer
Instagram: t04ch
$139,000/5 br
Hardwick, VT
« я искренне пытался полюбить жизнь и радоваться каждому мгновению прожитому мной, пытался радоваться возможности созерцать прекрасный мир, чувствовать его, изучать. У меня были для этого все причины, ведь жизнь разворачивалась передо мной великолепным театром, с красивыми декорациями, интересными персонажами, непростыми задачами, для того чтобы я мог действительно жить, а не существовать. Но я не жил, я будто бы прыгнул вниз, а прыжок оказался настолько затяжным, что полет успел надоесть и ты не можешь дождаться конца. Я уже забыл что такое, быть счастливым или по настоящему веселым, какого это искренне проявлять эмоции в повседневной жизни. Чувства бесконечного одиночества, долга и страха были моими спутниками уже многие годы. Благодаря воле случая и нужде, жизнь кидала меня по разным уголкам земного шара последние несколько лет, И я искал место приюта. Нью Йорк казался идеальным вариантом. Город иммиграции, город чужих, город бесконечно свободных людей, чей взгляд на жизнь и человеческое совершенно отличен от нашего. Где, возможно, я бы смог найти ответ, измениться и стать лучше. Я ничего не нашёл, скорее ещё больше разочаровался в людях. Я не смог прочувствовать вкуса, все быстро приелось и надоело, хотелось исчезнуть. В минуты отчаяния я думал о маме, о том, какой на кухне тёплый свет, она заваривает чай, смотрит в окно, вздыхает, наверное думает, что приготовить на ужин. Вспоминал о единственной в своей жизни настоящей и искренней любви, как здорово было бы взять друг друга за руку и молча полежать в кровати. Я тосковал. Но вернуться не мог, хотя в тайне страстно желал снова почувствовать себя дома.» (at New York, New York) https://www.instagram.com/p/BpqZ3gHlGph/?utm_source=ig_tumblr_share&igshid=7cvffddrhnxa
Living my best life
Summer time Crimea 2018