От страданий Гуинплена пришлось в очередной раз отвлечься (когда он вообще кончится, нахрен!) и свернуть в русскую литературу ХХ века.
Узнала, что есть такой хантыйский писатель Еремей Айпин. Топит за своих хантов как не в себя, пишет много разного, до сих пор жив, один из его романов был выдвинут на соискание Нобелевской премии.
Мне нынче достался более скромный формат - обозначенное как повесть произведение "Я слушаю землю", которое под этим названием нигде не публиковалось.
Понятно, что региональная литература, а тем более малочисленных народов Севера, повязана с их мифами, легендами и прочими фольклорными штуками, а такое я люблю. Но Айпин ещё и пишет как-то слишком пронзительно, мешая друг с другом рассказ от лица мальчика, который пристает к Маме и остальным с расспросами, почему у них так все устроено, и от лица уже выросшего человека, который понял давно все и про нефтяные вышки в тайге, и про Белого/Красного Царей, и про Ворону, и про Олениху, и про все остальное.
Все явления природы, животные, птицы, родственники - с большой буквы. С уважением к Вороне, Грому-старику, Солнцу-матери всех людей.
Я, может, впервые через текст наконец поняла, что значит мифологическое мироощущение. История "Вороны месяц", где рождение детей, люлька, стружки и вороньи лапки в тепле увязаны крепко и ладно, была перечитана пару раз - убедиться, что не показалось.
Не показалось. Очень красиво.
Редко мне хотелось так смаковать книгу, как сегодня.