Head Art

[headandhornsart]

Перформанс, проведённый в мастерской 4.413 на Севкабеле при поддержке творческого объединения Ромб. Основан на видео Emotional Support Dog.

Зрители по очереди голосовали за исполнение предложения, выводящегося на экран, или против него. Художник в реальном времени приводил решение в действие.

Interactive performance that took place at Sevkabel in Studio 4.413 with support by Romb art community. The performance was based on the Emotional Support Dog video.

Saint Petersburg, 2018.

[headandhornsart]

Emotional Support Dog, 2018.

Video 15:30

music: Alexander Nacraptor

design: Aljona Kirdina

torturing assistant: Oscaj

lead role: soft_passerine

Styled as an interactive game, Emotional Support Dog actually makes the choices itself while leaving the viewer passive. The real interactivity, however, happens within the viewers during the gap between the posing of questions and the flashing of a yes or a no button. What variant do you wish for? Do you experience empathy? And does your wish correlate with whether you view this film as a fiction or a real-life action?

No humans were harmed in the making of this video.

Participant of the Berlin Pornfilmfestival 2018 in the Experimental Shorts Program: https://pornfilmfestivalberlin.de/en/film-2018/experimental-porn-shorts/

https://vimeo.com/309110480 (For those who know where to ask.)

[headandhornsart]

Снятая с одного дубля импровизация, основанная на звуке, записанном на занятии в Цехе. Четыре аудиоотрывка и восемь танцев. Преподаватель: Елена Кравченко. Хореография и исполнение: Люда Селиванова. Идея и видео: Ксения Нефёдова.

Меня интересует пробел - то, что возникает при вычитании одного из каналов восприятия, смене места и времени события. Разница восприятия читателя и автора текста, рассматривающего картину и художника совсем иного рода, чем разница между наблюдающим и танцором, исполнителем, который находится внутри движения. Я хотела проверить, что произойдёт с уроком танца, подразумевающим непосредственный контакт участников и телесное присутствие, если перенести его в виде текста/звука в изолированное место для уединённого воспроизведения. Урок танца превращается в нечто иное, сюрреалистический сломанный телефон, радиопередачу из таинственного мира, передающую сигнал к действию, поток вдохновения, порождающий новые смыслы и новые танцы. Тренировка, процесс.

Voice: Elena Kravchenko

Choreograoher/dancer: Lyuda Selivanova

Idea/video: Ksenia Nefedova

Made for the TSEKH dance event. Shot at the Standart Moscow Hotel.

I made an audio recording of a dance lesson at the TSEKH school, then played it for a dancer who hadn’t been present there. She was to use the sound as an inspiration/guide and to dance to it blindfolded alone in a hotel room.

The video.

[headandhornsart]

Внутренние поля. Симптомы. 2017

Вы приглашаетесь в подземный филиал санатория, где вам будет предложено совершить путешествие по внутренним полям, следуя инструкциям из телевизора.

You are invited to our underground retreat to take a walk over the inner fields by following the instructions on the TV.

Pervasive shadow that causes things to be what they would not be or the all-moving darkness that makes things do what they would not do. (The Shadow, The Darkness, Thomas Ligotti.) Sleeping or dreaming, the dreamer must accept his dream. (Jean Cocteau.) Думаю о том, что я делаю с искусством и что оно делает со мной. Помещаю тревогу в произведение, утоляю тревогу произведением, получаю её обратно от произведения. Думаю о рекреационно-терапевтически-ритуальном искусстве. Посетителю полагается встать на сцену, принять роль пациента, поиграть, обратить внимание на своё тело, не отрываясь от мерцающего экрана телевизора. Искусство работает только в присутствии зрителя, тогда цепь замыкается и энергия, производящая изменения, начинает циркулировать.

Фото с выставки: Ann Marchenkova.

Installation: two hospital screens, TV set and a lamp with blinking light.

In a video shown on a TV a person walks around snowy hills while the text offers guide to a chronic pain meditation. The lamp shines mercilessly in the eyes of the viewer. In the meanwhile the text asks to locate a painful part in yourself, drawing your attention back to your physical body, feel it and maybe get uncomfortable with it. The work both hurts and tries to heal the viewer. 

Producing a bodily, involuntary reaction in a viewer. 

The video.

[headandhornsart]

Машина привидений, 2016.

Изображения окружают тебя, вокруг одно кино, это всё оседает в твоей голове и прорастает в образе, который ты конструируешь для того, чтобы увидеть/показать себя. Образы, при переводе их из идеального мира кино в реальность и далее в виртуальность, запинаются, искажаются, смыслы распыляются и слипаются. Название отсылает к Машине сновидений, которая вспышками света вызывает возникновение ярких узоров, перетекающих в религиозные символы, перед закрытыми глазами наблюдателя; создатели предлагали смотреть её вместо телевидения. Таким образом здесь демонстрируется сеанс связи между кино и его последствиями, который сопровождается нарушенной коммуникацией.

Спасибо Оле за предоставленные сны/тексты.

Ghost Machine, 2016.

Inspired by Brion Gysin’s Dreamachine.

Video collage made with film and skype screenshots and dream speech.

The flashing of the images from the cinema screen that leak into reality and travel through us back to the screen to help create our virtual representations. The world around us is swarming with images, imprinted deep within us. Now we can just watch the dream/ghost machine because we already carry all the television inside us.

Dream text: - I have four heads and each one wants to cry. - I’ve understood what we need to do. I’ve understood, we need to suffer. - You can’t leave traces in the sea but when you look back at it, you realize that it remembers all. - It’s all right. The sea remembers it, and so will I. - If only I had clay fingers… - You need to rest, you are tired because your dream is hungry. - Look at it. You can’t become a part when you are afraid of a whole. - All of the town comes to me but then they will all end on my table. And they all love me and I love them all. - Don’t be afraid. Midnight never strikes here. - Here is my house, here are my ducks.

Dream speech courtesy of Olya.

[headandhornsart]

Кровать, 2016.

Больничная кровать с подушкой, наполненной землёй, и вышивкой бусинами на пододеяльнике в форме Y-разреза - элемент игровой комнаты, который приглашает тебя полежать, и одновременно несколько пугает. Это произведение, которое нужно воспринимать, находясь в нём. Лёжа в кровати, можно придумать собственный сценарий ситуации, представить себя умирающим или выздоравливающим. Кровать работает по принципу Принцессы на горошине - ты лежишь и понимаешь, есть у тебя вопрос к искусству или нет. Про страх смерти, про вопрос о силе искусства и про целительные параметры игры.

The Bed, 2016.

Installation: hospital bed, Y-incision shaped bead embroidery on a duvet cover, pillow case filled with earth. Embroidery by Ksenia Belyaeva.

Bed as a starting point for art. This is a game piece: visitors are invited to lie down and think of their own story for the object: convalescing, dying, undergoing a shamanic initiation.

[headandhornsart]

Стихийные бедствия (групповой проект “Художественные машинки”), 2016.

Танец основан на метеорологических картах стихийных бедствий. В изображениях было выделено шесть основных цветов, им были назначены положения тела в пространстве: 
красный - лежать,
 оранжевый - стоять на четвереньках, жёлтый - сидеть
, зелёный - стоять на коленях, 
голубой - стоять, 
синий - стоять руки вверх.
 Площадь каждого цвета в изображении была посчитана с помощью встроенных функций фотошопа (при этом что является "зелёным" или "красным" определялось субъективно/визуально). Пиксели были переведены в секунды: 10 тыс. пикселей = 1 сек. Цвета короче двух секунд не учитывались. Изображения были прочитаны слева направо, сверху вниз. Музыка: Антон Цимерман Танец: Люда Селиванова

Цунами: https://vimeo.com/229686326

Торнадо: https://vimeo.com/229689203

Лесной пожар: https://vimeo.com/230788356

Natural Disasters, 2016. (Part of the group project “Art Devices”.)

Music: Anton Tsimerman Dancer: Lyuda Selivanova

The idea of the Art Devices game was to make your work based on a work by a participant before you and to pass it on. The time for the completion of each project was limited to two days.

Weather maps of natural disasters converted into dance pieces. Each colour on the map (from red to blue) was assigned a body position (from lying flat to standing with raised arms). The area of each colour was converted into the duration of the position. Images were read left to right, top to bottom.

Earthquake: https://vimeo.com/213852073

Tsunami: https://vimeo.com/229686326

Tornado: https://vimeo.com/229689203

Forest fire: https://vimeo.com/229689203

[headandhornsart]

Алтари, 2015.

В центре размышления были советские красные углы с изображениями Ленина. Их предшественники, обусловившие их появление, - православные домашние иконостасы. К нашему времени традиции распылились, представления о сакральном продолжают существовать, но в осколочном, хаотичном виде - здесь они собираются в виде произвольных алтарей. Для этой серии я попросила людей сделать дома алтарь для Ленина из имеющихся у них предметов в соответствии с их личным представлением о том, что может являться алтарём. Ленин структурирует этот процесс - когда он отброшен так же, как и религия.

Altars, 2015.

For this work I handed to my younger friends different depictions of Lenin and asked them to incorporate it in an altar that they were to build in their homes using objects they had, following their own understanding of what an altar can be.Icon corner or red corner transformed into a Soviet red corner after the revolution but what happened to worship now that both religion and communism are dead or dying?