Славный юноша, в котором забавно смешались пылкость и нерешительность, смелость и неверие в свои силы, мечтательность и жажда действий.
Чарльз Диккенс, «Большие надежды»

Product Placement
Fai_Ryy
"I'm Dorothy Gale from Kansas"
Lint Roller? I Barely Know Her

No title available
The Bright Sessions
The Bowery Presents
Game of Thrones Daily
taylor price

ellievsbear
occasionally subtle

roma★
Cosimo Galluzzi

No title available

bliss lane
Phantogram Three
Claire Keane
I'd rather be in outer space 🛸
The Stonewall Inn
PUT YOUR BEARD IN MY MOUTH
seen from Ecuador

seen from Türkiye
seen from United States

seen from Vietnam

seen from Russia

seen from Pakistan
seen from Pakistan
seen from Russia

seen from Canada
seen from United Kingdom
seen from Russia
seen from United States
seen from South Africa

seen from United States

seen from United States

seen from United Kingdom
seen from Colombia

seen from Czechia

seen from Brazil

seen from Malaysia
@strochki
Славный юноша, в котором забавно смешались пылкость и нерешительность, смелость и неверие в свои силы, мечтательность и жажда действий.
Чарльз Диккенс, «Большие надежды»
Даниель, никогда никому не верь, особенно тем, перед кем преклоняешься. Они-то и всадят нож тебе в спину.
Карлос Руис Сафон, «Тень ветра»
Любовь проходит через бесконечное число превращений, прежде чем навсегда слиться с нашей жизнью и навеки окрасить ее в свой пламенный цвет.
Оноре де Бальзак, "Шагреневая кожа"
Нетрудно, зная материалистическую диалектику, увидеть, что красота – это правильная линия в единстве и борьбе противоположностей, та самая середина между двумя сторонами всякого явления, всякой вещи, которую видели еще древние греки и назвали аристон – наилучшим, считая синонимом этого слова меру, точнее – чувство меры. Я представляю себе эту меру чем-то крайне тонким – лезвием бритвы, потому что найти ее, осуществить, соблюсти нередко так же трудно, как пройти по лезвию бритвы, почти не видимому из-за чрезвычайной остроты.
Иван Ефремов, "Лезвие бритвы"
— Мне кажется, мы должны хотя бы стараться любить всех…
— Нет, нет! — перебил он горячо. — Мы можем относиться к людям хорошо, но это не значит любить. Любовь — это самое интимное, самое индивидуальное чувство. Это все равно, что цветок, который может быть отдан только кому-нибудь одному. Когда любишь, нужно отдавать всего себя и чувствовать, что тебя принимают, — а в любви принять все, может быть, еще труднее, чем все отдать. Мы знаем, что даем, но не знаем, что получим.
Ричард Олдингтон, "Все люди враги"
— Я думаю, что вы можете обойтись и без посторонней помощи, — заявила Маргарит, и на этот раз Энтони уловил этот легкий оттенок ревности, который отнюдь не был ему неприятен. — Мне всегда казалось, что вы очень цельный, убежденный человек… И не пойдете ни на какие уступки.
— А зачем это нужно? Можно пойти на какие-то уступки, прежде чем вынести то или иное суждение, но если еще самому себе делать уступки, то очень скоро можно опуститься до посредственности. Посторонние люди помогают нам видеть себя со стороны, так же как мы чувствуем по-настоящему достоинства нашей страны только издалека, на чужбине.
Ричард Олдингтон, "Все люди враги"
Поиск партнёра по какому-то набору критериев наталкивает на мысль, что идеальный партнёр — это человек, который должен полностью с тобой совпадать. Это гигантская иллюзия, которая ведёт к психологическим проблемам. Ты ищешь какого-то слияния, а по большому счёту ты ищешь себя. Выдвигая какие-то требования к потенциальному партнёру, ты можешь больше узнать про себя — чего ты хочешь и чего точно не хочешь.
Мы не были влюблены в друг друга, мы просто предавались любви с отстраненной и критической изощренностью и вслед за тем впадали в страшное молчание, и пена от пива отвердевала в стаканах паклей и становилась теплой, пока мы смотрели друг на друга и ощущали: это и есть время.
Хулио Кортасар, «Игра в классики».
— Ну и что же? Я начинаю подозревать, что и он вам понравился? — Право, не знаю, господин Сеттембрини. Наша встреча была слишком мимолетной. И потом, я не спешу судить о людях, я просто разглядываю их и думаю: “Так вот ты каков? Ну и ладно”. — Это некоторая ленность ума, — ответил итальянец. — Вы должны составлять себе определенные мнения. Природа вам дала для этого глаза и рассудок.
Томас Манн, «Волшебная гора».
“Odi et amo”, Catullus 85, Catvlli Carmen LXXXV
Odi et amo. Quare id faciam, fortasse requiris. Nescio, sed fieri sentio et excrucior.
_______
И ненавижу её и люблю. Почему же? — ты спросишь. Сам я не знаю, но так чувствую я, и томлюсь.
Пер. Ф.А. Петровского
ПРЕДВОДИТЕЛЬНИЦА ХОРА Ни в чем ты больше не был виноват? Скажи. ПРОМЕТЕЙ Еще у смертных отнял дар предвиденья. ПРЕДВОДИТЕЛЬНИЦА ХОРА Каким лекарством эту ты пресек болезнь? ПРОМЕТЕЙ Я их слепыми наделил надеждами. ПРЕДВОДИТЕЛЬНИЦА ХОРА Благодеянье это, и немалое.
Эсхил, «Прометей прикованный».
— Где же вы спали этой ночью? — На такие вопросы леди не отвечают, потому что джентльмены их не задают.
к/ф «Мэри Поппинс, до свидания!», 1983.
Демосфен (зрителям) Хорош, глядите, жаба пресноводная! Вино ты вредным обозвать осмелился? Да ты найдешь ли что вина полезнее? Кто пьян, тот и богат, и тороват во всем, И счастлив, и догадлив, и находчив он. Он в тяжбах побеждает и соседям мил. Живей, живее, притащи бутылку мне, Чтоб вспрыснуть мозг и до добра додуматься.
Аристофан, «Всадники».
И не дав ей времени испугаться, стал освобождаться от жгучего бремени, мешавшего жить. Он признался, что думает о ней каждую минуту, каждую секунду, и что бы он ни ел, ни пил — с ним всегда ее запах, она — сама жизнь, везде и всегда, как сам Господь Бог, имеющий на то право и власть. Высшим блаженством для него была бы возможность умереть вместе с ней. Он говорил и говорил, не глядя на нее, легко и жарко, словно читал стихи, пока ему не показалось, что Мария Анхела спит. Но она не спала. Глядя на него глазами загнанной лани, спросила робко, с тревогой: — Как же теперь быть? — Никак, — ответил он. — Я просто рад, что ты знаешь.
Гарсия Маркес, «О любви и прочих бесах».
Исчезло и скрылось существо, никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное, даже не обратившее на себя внимания и естество наблюдателя, не пропускающего посадить на булавку обыкновенную муху и рассмотреть ее в микроскоп...
А.П. Чехов, «Шинель».
Всего три слова. Я люблю Вас. Они прозвучали так безнадежно. Будто он сказал: «Я болен раком». Вот и вся его сказка.
Джон Фаулз, «Коллекционер».
Самое главное — это чувствовать и жить в соответствии со своими идеалами, если только эти идеалы не ограничиваются собственным идеальным комфортом.
Джон Фаулз, «Коллекционер».