#photorumitrumitov

[rumitrumitov]

Так много всего хочется успеть, сделать, достичь. Не ради самого результата, нет. Просто я не могу уже иначе. У меня множество увлечений и проектов и все они мне дороги, интересны, увлекательны.

Я развиваюсь во множестве сфер сразу и не могу выбрать что-то одно, хоть и есть мнение, что не нужно, мол, распыляться, а выбрать одну сферу и сосредоточиться на достижении в ней наилучших результатов. Но это глупость. Ведь это так скучно!

Я пишу, фотографирую, рисую, веду блоги, развиваюсь в дизайне, занимаюсь спортом, постоянно чему-то учусь. Я и не заметил, как буквально за год, превратился в того человека, которым и не думал никогда стать.

Может быть и можно немного притормозить и попробовать выбрать что-то одно. Но: «Специализация — удел насекомых». И пока ты стоишь, твоя собственная жизнь не останавливается, а проносится мимо тебя на бешеной скорости. Поэтому в старости все, вдруг, обнаруживают, что жизнь то закончилась, а они так ничего и не успели. Не пожили той жизнью, о которой мечтали. Не сделали то-то, не достигли того-то. Не получили удовольствия от жизни, в общем.

Ещё раз: дело не в результатах и достижениях, а в самих телодвижениях на пути к этим достижениям. Именно они и составляют соль жизни.

[rumitrumitov]

Каждое утро, пока варю кофе и готовлю омлет, смотрю на раскинувшийся за окном пейзаж.

Там внизу, на самой окраине поселения, оканчивается редутом Ново-закамская оборонительная линия, построенная по приказу императрицы Анны Иоанновны в 1736 году для защиты южных рубежей от набегов степных кочевников. Общая длина линии составляла 230 километров.

Правее, ближе к бывшему устью междуречья, стояла крепость, основанная Петром I, бывшая самым южным форпостом империи. Во время пугачёвского восстания крепость эта примкнула к мятежникам. Есть даже мнение, что именно здесь, проезжавший мимо Пушкин, услышал, произошедшую в крепости, историю про капитанскую дочку.

А ещё раньше здесь проходили на Русь брать ясак монгольские орды. А до этого здесь проходили гунны, шедшие покорять Рим. И на берегах Волги, звавшейся ими Итиль, родился человек, которого назвали как реку — Атилла.

А до них тут обитали скифы, сарматы и массагеты.

И пока мой омлет запекается под крышкой, я могу смотреть в окно и представлять как внизу проходит история: от первых людей эпохи палеолита, приносящих детей в жертву своим мрачным богам до их современных потомков, молящихся на царя и ракеты.

Дух захватывает.

[rumitrumitov]

[rumitrumitov]

Буквально каждое моё утро начинается так. Я пишу утренние страницы и любуюсь восходом.

[rumitrumitov]

Поснимал шоу-показ модной коллекции. Девушка с языком — руководитель нашей розничной сети, а ягодная блондинка — один из наших стилистов. Люблю свою работу.

[rumitrumitov]

Писать утренние страницы даже в походе? Ну конечно. Этот ритуал настолько вошёл в привычку, что стал второй натурой. В пять утра выползти из палатки и, усевшись на берегу, фиксировать поток сознания на бумаге, поглядывая на снующие вверх и вниз по реке пароходы. Что может быть приятнее?

[rumitrumitov]

[rumitrumitov]

Помню, когда мы стояли в уютной бухте недалеко от Испа-Де-Лос-Пинтос и латали пробоины после встречи с моим старым неприятелем Джеком Рэкхемом, я записывал последние события и планировал дальнейший поход в судовом журнале, попивая грог из половинки кокоса. Это было моё изобретение — пить грог из половинки кокоса. А чтобы кокос не опрокидывался, я ставил его на специальный «подкокосник» из крышки человеческого черепа. Ямайский ремесленник, делавший мне эту подставку, сказал, что это крышка черепа его второй жены.

Когда я собирался уже послать юнгу за новой бутылкой рома и свежим кокосом, в каюту ввалился старпом и, дыша перегаром, доложил:

— Кливеры и стаксели — в лоскуты. Утлегарь и фок-мачта — в труху. Пеньки не хватает. Бушприт, как всегда, обосран. Уильямсу оторвало ногу. Мы её засолили, а Уильямса выбросили за борт. То есть — минус рот, плюс провизия.

И, хохотнув, ушёл. Я почесал пером за ухом. Похоже, что до Нью-Провиденс мы доберёмся нескоро. Губернатор Роджерс будет негодовать.

И ведь планировал всё. Буквально по часам в судовом журнале весь поход расписал. Но провидение, в лице Рэкхема, в очередной раз спутало карты. Тогда я хотел было приуныть от таких раскладов, но вдруг понял, что планирование должно быть более гибким и учитывать непредвиденные ситуации. Поэтому первое, чему надо научиться, если решил планировать свои дела — это не поддаваться перфекционизму и смело вносить изменения в расписание прямо на ходу, отбиваясь второй рукой от наскакивающих задач.

Я обмакнул перо и записал в журнал: «Ногу Уильямса перепрятать в свою каюту».