Мы продолжаем вспоминать старые выпуски программы [ухо]
Сегодня слушаем [ухо] созданное весной 2009. Пара хороших рецензий связанных с главным героем:
“Что делает современное техно таким особенным, таким трогательным?” – написано на обложке одного из последних номеров культового английского журнала Wire. Ответ прост – на этой же обложке в полный рост представлен стильно выглядящий человек, окруженный некоторым количеством стильной аппаратуры; и ниже подпись крупными буквами – Vladislav Delay.
В рамках своих проектов Luomo, Uusitalo, Conoco, Sistol и – собственно – Vladislav Delay, этот берлинец финского происхождения успешно экспериментирует с различными формами электронной музыки уже добрый десяток лет: от амбиентного минималистичного техно, до синкопированных ритмов idm; от совместных проектов с такими известнейшими личностями, как Scissor Sisters, Craig Armstrong, AGF, Black Dice, Massive Attack, Towa Tei, Sasha Ring и Ryuichi Sakamoto, до глубоких глитчевых звуковых полотен, исполняемых в музеях и саундтреков к андерграундным кинофильмам.
Vladislav Delay сегодня – один из самых успешных гастролирующих артистов. Его музыка издается на таких лейблах, как Chain Reaction, Hu**e, Force Tracks, Kompakt, Mille Plateaux, Semantica Records; а живые выступления в 2009 году расписаны буквально по дням. Один из таких дней в марте – концерт Vladislav Delay в Москве, в рамках вечеринки ADD NOISE от лейбла Musica Excentrica." Ильяс Минакаев
"В псевдониме финна Сасу Рипатти слышится демарш против четкого бита: delay означает «задержка», и, придумав себе такое прозвище, Рипатти с порога дает понять, что его композиции не будут ровно раскладываться по ритмической сетке. Ритм в треках Дилея часто находится в состоянии свободного полета, то запаздывая относительно мелодии, то, наоборот, играя на опережение. Само слово «трек», по признанию автора, тоже выводит его из себя: от него разит программированием и прочей музыкальной мертвечиной. Свои записи он предпочитает называть песнями — притом что спеть их, в сущности, невозможно.
Настойчивость, с которой Владислав Дилей говорит об одушевленности своих, казалось бы, холодных дизайнерских саунд-коллажей, может вызвать недоу мение — но дело тут, кажется, вот в чем. По первой профессии Дилей — джазовый барабанщик, и, несмотря на то что в перспективах джазовой сцены он разочаровался достаточно рано, отсылки к джазу в его музыке слышны до сих пор. Свой первый релиз он озаглавил «Kind of Blue» — с отсылкой к одноименному альбому Майлза Дэвиса. Синкопированные ритмы, на которых основываются его треки, тоже следствие джазового воспитания. Наконец, большинство ритм-партий Дилей по-прежнему отстукивает живьем, причем в дело идут любые поверхности: от электронных датчиков, которые преобразуют удары барабанных палочек в микротональные звуки, до корешков книг и игрушек его трехлетней дочери.
Вероятно, именно любовь к живому звуку позволила Владиславу Дилею остаться на хорошем счету и после того, как эпоха абстрактной глитчевой электроники благополучно завершилась. По первому впечатлению его композиции напомина ют, допустим, треки Autechre — но если их прошлогодний диск звучит пыльно и дремотно, то в свежих записях Дилея по-прежнему есть свет, воздух и волнующая панорамная красота." Лев Ганкин
Программа [ухо] выражает благодарность музыкальному лэйблу musica excentrica за содействие в создании данного выпуска. Сайт лэйбла: excentrica.org
