BepeckE

[bepecke]

=Пусть шторма всегда остаются за порогом твоего убежища...=

«Я искал эти острова слишком долго, чтобы испугаться их дурной славы. Море здесь густое от тумана и чужих тайн, но позабытая всеми "Мария-Анна", намертво застрявшая в мангровых зарослях, стала моим первым убежищем. Ветер воет снаружи, пытаясь проникнуть внутрь, но старые ржавые стены все еще бережно хранят дневное тепло...»

[bepecke]

Глава I. Час тумана. 

Последний паром ушел на материк час назад. Я решил посмотреть на старый причал Сент-Саймонса. В брошюрах это место называют старым заброшенным пирсом, но сейчас мне кажется, что я здесь не один... Местные называют это время «Тихим часом» — когда туман становится настолько густым, что глушит все звуки. Брат писал, что в такие часы остров кажется вымершим. Глядя на гниющие доски уходящего в белесую мглу пирса, я понимаю, что он имел в виду. Тишина здесь не успокаивает. Она настораживает...

[bepecke]

Когда рассвет едва окрасил дали,

И спит земля под дымкой голубой,

Пусть улетят сомненья и печали,

А ясный свет останется с тобой...

[bepecke]

Июнь: Прикосновение лета...

June: A Touch of Summer...

[bepecke]

Суббота II: Дыхание / Brith

Ветер, который сейчас касается этих июньских листьев — тот же самый, что гулял над планетой тысячелетия назад. Он не имеет возраста. Склонившись над кромкой воды, замечаешь, как дрожит влажная травинка и как в маленькой лужице отражается огромное небо. История мира вершится не только в великом, но и в том, как один опавший лепесток сирени качается на вечерней волне.

«Вечность не застыла в камне, она дышит в мимолетном дрожании лепестка...» ("Eternity is not frozen in stone, it breathes in the fleeting trembling of a petal...")

[bepecke]

Часть IV: На краю Бездны / On the edge of the Abyss

Я дошел до края. Внизу, в ущелье, спит Тот, кого я искал. Туман там светится болезненным фиолетовым светом, и оттуда доносится гул, от которого ноют зубы. Но прямо здесь, на этой чудом уцелевшей скрипучей веранде, царит абсолютный покой. Лампа горит ровно. В котелке закипела вода. Завтра, возможно, я спущусь в этот ад, и, возможно, уже не вернусь. Но эта ночь, этот час, и эта спокойная ночь над Бездной принадлежат только мне...

Налей себе горячего чая, ночь темна, но до рассвета мы в безопасности...

[bepecke]

I'm learning to draw. Self.

Source Art Wonderlanda (mementomori - 13)

https://pin.it/1CewWToqO

[bepecke]

Глава IV: Порог /Doorstep

Холмы расступились, обнажив трещину в самой ткани земли. Монолитный зев уходил в черноту, неподвластную человеческому пониманию. Возле порога трава изменилась — тонкие, острые как иглы стебли светились бледным светом, покачиваясь, словно щупальца слепых тварей на океанском дне. Здесь больше нет времени. Мой компас сошел с ума, а стрелка часов замерла. Я стою у порога и знаю: то, что дышит во мраке этих пещер, видело рождение звезд. И сейчас оно смотрит на меня...

[bepecke]

Когда во тьме скрываются дороги,

И лунный свет мерцает сквозь туман,

Пусть растворятся мелкие тревоги,

И исцелится боль душевных ран...

[bepecke]

«Та, Что Считала Века» (She Who Counted the Ages)

Часть II — «Длань над Очагом»

В долине на краю хвойного леса ютился на опушке маленький дом.

В очаге его дотлевал огонь — последний живой огонь на многие версты вокруг. У колыбели сидела женщина и пела дитя песню, которую слыхала от матери, а та — от своей. Песня была стара, мелодия проста, но притягательна, чтобы заинтересовать Ту, что шла сейчас сквозь ночь.

И склонилась Она над домом. Длань Её — иссохшая, в трещинах от тысячелетий заточения, увенчанная когтями длиннее человеческой жизни — потянулась к жилищу. Один лишь палец Её был выше конька крыши. Одна лишь ладонь могла накрыть весь дом, как смертный закрывает свечу, чтобы погасить дыханием.

Огонь в очаге дрогнул. Песня оборвалась на полуслове. Женщина подняла глаза — не к небу, но неба больше не было. Небосвод полностью заслонила Длань. И в последний миг своей жизни несчастная женщина поняла, отчего в старых сказках запрещалось петь после заката: песни слышны и тем, кто не должен приходить...

[bepecke]

Часть III: Тлеющий очаг/ The Smoldering hearth

От дома не осталось ничего, кроме фундамента и этого огромного каменного зева. Не знаю, кто сложил этот камин, чьи руки вытесали эти богомерзкие барельефы на его своде. Но на самом дне, под слоем пепла, я нашел пульсирующий жар. Я подбросил сухих веток. Удивительно: земля вокруг отравлена присутствием Спящего, но этот очаг дарит самое мягкое, самое ласковое тепло, которое я когда-либо чувствовал. Словно сама земля пытается согреть меня перед финальным рывком...

"Протяни руки к углям, они согреют даже самую уставшую душу..."

[bepecke]

Глава III: Немой звон /Mute ringing

Она выросла из тумана, как гнилой зуб, торчащий в мертвой челюсти этого места. Колокольня, давно проглоченная трясиной. Ее доски проросли странной лозой, сочившейся болезненным еле заметным желтоватым светом. Ветра не было, но массивный чугунный колокол под самой крышей раскачивался. Из стороны в сторону. Медленно. Тяжело. И абсолютно беззвучно. Но чем дольше я смотрел на этот немой танец, тем громче в моей голове звенел гул — монотонный, разрывающий череп изнутри...

[bepecke]

"Дорога в золотой дымке" / The road in the golden haze

Спускается туман на кроны леса, 

И мягкий вечер дарит тишину, 

Пусть упадет усталости завеса, 

Оставив в сердце светлую мечту...

[bepecke]

«Смотреть на привычное и видеть в нем бесконечное»

"To look at the familiar and see the infinite in it"

«Каменные берега этого старого пруда помнят шаги тех, кого уже нет, и будут помнить нас, когда уйдем мы. Мы смотрим на то же рассеянное солнце, запутавшееся в ветвях вновь цветущей сирени, на тех же уток, неспешно чертящих воду. Декорации вечности неизменны. Но почему тогда, стоя здесь этим теплым июньским вечером, мы чувствуем, будто видим всё это впервые?...»

[bepecke]

Часть II: Забытый фонарь / Foggoten latern

«Небо прорвалось холодным, как лед, дождем, пахнущим гнилой водой и озоном. Найти эту хижину было чудом. Крыша провалилась наполовину, но здесь сухо. Я нашел на столе старый керосиновый фонарь — стекло помутнело, но фитиль загорелся. Дождь барабанит по гнилым доскам, а за окном чувствуется тьма, рожденные из тумана и обретшая дыхание. Но пока горит этот маленький желтый свет, стены хижины кажутся крепче гранита».

Сними мокрый плащ и отдохни, сюда ни буре ни тьме ни за что не добраться.

[bepecke]

Глава II: Утроба земли /The Womb of the earth

Дождь, опять этот дождь. Он здесь не как вода, что просто в виде капель падает с неба, а как живое существо, источающее слизь, пахнующую чем-то сладковатым, от чего мутится рассудок. На дне лощины, среди сгнивших корней, я нашел колодец. Его кладка была слишком идеальной для человеческих рук, а углы камней казались неправильными, режущими глаз. Вода внутри не отражала ни пасмурное небо, ни меня, она вообще не отражала ничего. Она светилась изнутри холодным зеленоватым огнем. Когда я наклонился над краем, снизу донесся звук — не плеск, а долгий, хриплый шепот тысяч голосов, слившихся в один. Я не стал пить. Но я чувствую, что эта вода теперь течет в моих венах...

[bepecke]

Пусть этот день, укутанный дождями,

Не принесет тревоги и забот,

И пусть покой останется меж нами,

Храня от бурь и жизненных невзгод...