Да, скорее всего я одинока,даже очень. Все мы, в той или иной степени одиноки. Но я не показываю это, потому что мне нечего жаловаться. Все есть. Может даже больше. Но раз в месяц, иногда чаще, иногда реже, я позволяю себе плакать, поныть с самой собой, тихо, чтобы никто не слышал. Во внешний мир выходит все, что было пережито за определенный промежуток времени, что терпела, и вот наконец происходит облегчение. Но не сразу, а только на утро. До этого дня три или больше у тебя апатия ко всему. Потом ты находишь грустный трек, включаешь на репит. И вот она, ночь слез, стонов и боли.
Проще думать и разбираться с чувствами других людей, чем со своими. Лучше я помогу вон той женщине или подруге или какому-то старичку, но не самой себе, да и не попрошу даже этой помощи, только в крайнем случае. Когда этот внутренний пожар начинает быть слишком опасен, что даже угрожает близким.
О чем же я думаю при таком приступе, о том, почему одна и так никогда и не любила, да и вниманием особым не пользуюсь. Что я сделала не так или что со мной не так. Начинаешь загоняться насчёт внутреннего мира, жизни, внешности. А потом понимаешь, что не заслуживаешь любви и поддержки.
С детства справлялась со всеми проблемами сама, редко чем делилась с родными. Привыкла быть сильной и заботиться о ком-то, не беспокоить их.
Но потом ты лежишь один в кровати и задыхаешься. В комнате все меньше кислорода. Нет, в тебе его нет, потому что ты его не пропускаешь.
Хочу чувствовать. Чувствовать себя живым человеком.