Kyman Week. Day 7. I let myself to be sly.
@kymanweek
Day 7.
The fic I add to the last day is “Great expectations”. Yeah, I’m sly, but for some reason I didn’t have enough time to make the final scenes of drabble I planned to publish.
So...
14 февраля - международный День дарения книг. В связи с этим Эрик Картман дарит Кайлу Брофловски книгу, о которой тот давно мечтал, - коллекционное издание диккенсовских "Больших надежд". Вот только чем продиктован этот поступок и что на самом деле кроется за подарком?
______________________________
День Святого Валентина, признаться, никогда не был моим любимым праздником. Нет, я не видел в нем ничего плохого. Склонности ежегодно ныть, что мне некого задаривать конфетами и розовыми открытками с пошлыми в своей штампованной одинаковости признаниями внутри, я не имел. Впрочем, и восторга по поводу царящей всюду атмосферы искусственно подогреваемой романтической влюбленности не ощущал никакого. Очередное четырнадцатое февраля не предвещало ничего, что шло бы вразрез с привычными ванильно-плюшевыми стереотипами, характерными для этой знаменательной даты. Поведение одноклассников также оригинальностью не отличалось: перешептывания, хихиканья, споры вполголоса, кто и кому прислал анонимные валентинки, обреченные на провал, но столь волнующие попытки раскрыть личности отправителей, пожелавших остаться неизвестными, догадки, версии, предположения… Лично я не понимаю смысла анонимных валентинок. Совсем. Считаю, если любишь человека, — скажи об этом открыто, смело принимая последствия собственной откровенности. Если не можешь, — значит, твое чувство направлено не на возлюбленного как такового, а на нечто другое, и подпитывается не нежностью к нему, но тайным упоением трусливыми вздохами украдкой. То есть особую важность приобретает положение безнадежно влюбленного, который страшится отказа, отодвигая героя или героиню трепетных мечтаний на задний план. Так я размышлял, избавленный наступившей большой переменой от вынужденного подслушивания воркотни Токена и Николь, собиравшихся пожениться сразу после выпускного с благословения родителей. Интересно, они пригласят на свадьбу Картмана? Ведь именно его своднические интриги когда-то положили начало их отношениям. Не успел додумать эту не лишенную иронии мысль, как широкая Картмановская фигура выросла у меня за спиной. Я едва удержал за стиснутыми зубами тотчас же против воли накатившее зудящей волной раздражение. Вспомнишь г… Так, ладно. Спокойно. Вдох-выдох. Я медленно повернулся к Картману лицом, глянул выжидающе. Может, меня минуют сегодня тупые антисемитские колкости? Ну, для разнообразия хотя бы. — Еврей… Ага, сейчас. Многого захотел. Губу закатай. Что-то никогда не меняется. Я весь подобрался, приказав себе не реагировать на провокации главного задиры класса. Чертов нацист, прошли те времена, когда я вспыхивал от одного случайно обороненного тобой слова. Ну, давай, выкладывай, что у тебя там. Я даже «святого Гитлера» уже мимо ушей легко пропускаю — почти всегда. Я готов ко всему. — Еврей, я тут это… Чего он мнется? Если бы я не знал ушибленного на голову придурка, зараженного вредоносными и аморальными «арийскими идеями», как облупленного, решил бы, что тот даже… смущается. Однако опыт многих прошедших фактически бок о бок с ним лет подсказывал, что искреннее смущение свойственно ему меньше всего. Напускное — да. Но искреннее… Я насторожился, ожидая подвоха. — Сегодня международный день дарения книг… Кстати, да. Так и есть. Если бы еще сей замечательный факт был широко известен, и люди преподносили друг другу в подарок книги вместо бесполезных кусков плотного розового картона, которые дай бог по прошествии двух-трех дней, скорее всего, отправятся в мусорную корзину. Стоп. Что? Только тут до меня дошло нечто фантастическое: про день, напрямую связанный с обменом знаниями и интеллектуальными ценностями, мне напомнил… Картман. Чья жизнь так же совместима с миром хорошей литературы (низкопробное подростковое фентези, думаю, не стоит брать в расчет), как Титаник — с айсбергом. Я был до такой степени поражен, что не удивился бы, приземлись моя челюсть толстяку под ноги. А он между тем продолжал бормотать: — И мне показалось… Подумалось… Подумалось, надо же. Какое редкое явление — думающий Картман. Я проглотил пляшущий на языке сарказм. Потому что не мог выдавить из онемевшего горла ни звука. Лишь наблюдать округлившимися глазами за происходящим. А происходило следующее. Картман снял с плеча рюкзак. Поношенный школьный рюкзак. Хотя последние месяца четыре не приносил на уроки и блокнота для записей, на замечания учителей ехидно отвечая, что запоминает все и так (преподаватели наши, в конце концов, просто устали от непробиваемого остолопа и предпочитали в большинстве своем делать вид, что последнего не существует или, в крайнем случае, что он — привидение). Повозился с заедающей «молнией» — в зубах завязло короткое ругательство. И наконец… — Короче, вот… это тебе. …извлек на свет божий фолиант в кожаном переплете и протянул мне.
Continue is here: https://ficbook.net/readfic/6522569
Or here: http://berryblack-sh.tumblr.com/post/170974810095/great-expectations-my-2nd-kyman-fanfic-in-russian
Thank you for your support, for every comment and “like”, for the future I wait for this work. You’re all admirable.
I’ll try to upload drabbles as soon as I can.