Это оправдательное письмо нашего истраченного времени. Истраченного на разработку видеоигр, того, как это делалось, желалось делаться.
Одна из точек, отметин на карте, фотография окружаюещего пейзажа на несколько минут остановившихся путников в ракурсах кажущегося убедительным.
Мы делаем видеоигры - совокупность графического изображения на плоском экране не слишком большого компьютерного монитора, звукового сопровождения из пластиковых колонок и тех правил, по которым первые меняются под действием нажатий игроком кнопок клавиатуры, мышки. Определение не даёт никаких предпосылок к тому, чтобы видеоигры требовали снисхождения к себе со стороны других более классических театральных, книжных, кинематографических времяпрепровождений.
Форма видеоигр хрупка и даже очень слабо материальна, не уцелеет мраморной статуей под стоптанными кирзой слоями земли. А, быть может, всё сделанное окажется через другое десятилетие одним сплошным чёрно-белым и немым, искусствоведческим кино и мы и себя не вспомним. Поэтому мы будем если не скоры, то суматошны, нескромно не будем стесняться тиражируемости, незавершённость будет меньшим недостатком, чем несвершённость.
Занятно игры авторов облачаются чертами написанных кем-то другим конструкторов-движков. В наших инструментах мы предпочтём быть старомодно свободнее. Есть миллион способов прожить свою жизнь, а нам вот почему-то не нашлось другого.
Сомнительное занятие искать развитие искусства в его довольно однородных по времени внутренностях. Сомнительное занятие - смотреть на кого-то свысока отделяющих столетий. Как же всё же она жестоко случайна, уцелевшая многоголосица.
Наш побуждающий мотив в процессе, который подобен звуку монолога через время, пространство, а это почти что разговор. И мы не хотим выболтать лишнего и не хотим никого обидеть.
Pavel 'the' Shestak
Nastasia 'eta' Lebedeva