GO

how it goes. жизнь, как она есть. мысли, еда и города

[oilavand]

Что же мы здесь делаем? Помнится, дед говорил, что будущее исполняет все желания. Либо оно изменит мир и ты получишь, что хотел, либо изменит тебя и ты не захочешь этого больше. Так или иначе, слово — за будущим.

[oilavand]

Провести грань между добром и злом куда как непросто. Хорошие люди, бывает, грешат, плохие — творят добро. Так почему мы стремимся видеть мир чёрно-белым? Может быть, потому что в каждом из нас уживаются жестокость и милосердие, и каждый из нас способен на всё.

[oilavand]

... помнишь, ты предложил нам остаться вместе и терпеть, чтобы быть счастливыми? Считаю доказательством моей любви то, что я так долго старалась принять твою идею - не жечь мосты. Но... друзья сводили меня в удивительное место. Называется Августелл. Император Октавиан Август построил себе мавзолей. Потом пришли варвары и разрушили гробницу как и всё остальное. Август - первый поистине великий император Рима, разве он мог представить, что однажды Рим и весь его мир рухнут? Это одно из самых тихих и уединённых мест в Риме. город за века сильно разросся вокруг. Но здесь тебя никогда не оставляет чувство печали, потому что боль так сладка. Мы хотим, чтобы всё осталось как было, мы миримся с болью, потому что боимся перемен боимся, что всё рассыпится. Но я посмотрела вокруг, представила, как из полного хаоса этим местам удалось возродиться, и я успокоилась, может, это не моя жизнь хаотична, это сам мир таков? И главная ловушка - привязаться к чему-то, что в нём? Разваленный дар, руины, путь к преображению. Даже в этом вечном городе, Августелл показал мне, что мы всегда должны быть готовы к бесконечным волнам перемен. Мы оба заслуживаем лучшей участи, чем оставаться вместе только из страха саморазрушения.

[oilavand]

Не проходит ни одного дня, чтобы не солгать. Худшая ложь - та, что мы говорим себе перед сном. Мы шепчем её во тьме, убеждая себя, что мы счастливы, или он счастлив. Что мы можем изменить себя, или он изменит решение. Уговариваем себя, что можно смириться со своими грехами. Или что можно смириться с потерей. Да, каждый вечер перед сном мы лжём себе... в отчаянии, тщетной надежде, что утром ложь станет правдой.

[oilavand]

Некоторые чувства как старые добрые друзья. Для меня - это депрессия. Нет депрессии - и я о ней не помню. Помню лишь, что это плохо. Помню эту тьму, но чувствовать её в моменте - совсем другое дело. Есть разница между тем, чтобы помнить о комнате, и в реальности войти в неё. Снова находиться в ней, чувствовать её. Начинаться всё может медленно, навязчивая мысль "я не хочу быть здесь", а потом она пропадает. Отмахиваешься от неё как от мухи. Но когда она ударяет в полную силу, когда ты погружаешься с головой, никуда не деться. Снаружи ты выглядишь также: улыбаешься и притворяешься, что у тебя много дел. Но внутри всё совсем иначе: начинаешь ненавидеть себя, и тебе так одиноко.. так немыслимо одиноко. С тобой рядом может быть любимый человек, но мыслями ты далеко. Нам кажется, что мы знаем, что происходит с другими, но нет. Никогда не знаешь, что происходит в чужой голове. У всех идёт своё сражение, которое нельзя увидеть. Мы все заблуждаемся. И ты знаешь, что дело в тебе. Что с тобой что-то не так, и это тоже так выматывает, это так хреново и утомительно, и нет никакой надежды. Эта пустота существования сжирает столько энергии, что хочется, чтобы тебя засосало в дыру, где никто не будет с тобой разговаривать, и тебе не придётся отвечать. Но это всё равно знакомо. Такое уже было, и я с этим справился. Только та часть, где я справился, стала комнатой, о которой я помню, но не нахожусь в ней. Именно это и пугает.

[oilavand]

Счастье... это слово обозначает чувство, а мы редко понимаем, что мы чувствуем в настоящий момент. Чувства быстро проходят и всегда искажаются в памяти.

[oilavand]

— Как странно, —  пробормотала она. — Ведь пока понимаешь, что ты падаешь, падаешь без конца, всё равно остаётся надежда. Жизнь вообще любит парадоксы: тебе кажется, будто ты хозяин собственной судьбы, а на самом деле ты смешон и слаб и вот-вот рухнешь вниз; но когда ты на самом дне и, кажется, всё пропало —  жизнь вдруг заваливает тебя подарками. И никаких усилий не требуется —  она сама за тобой бежит, как собачонка. стр.284

— Слову «счастье» в наши дни придаётся слишком большое значение, — рассуждал виконт дэ Пэстр. — А ведь прежде, бывало, целыми столетиями его вообще не знали. И ничего, жили, как-то обходились. Почитайте китайскую литературу времён расцвета, почитайте индусов, древних греков. Эмоциям, в которых коренится слово «счастье», тогда предпочитали иное чувство жизни, более высокое и стойкое. И как только это чувство утрачивается, начинаются кризисы, недоразумения, погоня за эмоциями, романтика и все эти метания в поисках счастья, дурацкий суррогат. стр. 313

[oilavand]

Мы многого ждём от любви. Мы ждём, что любовь изменит всё то, что нам не нравится. Сложная задача для столь хрупкого чувства.

[oilavand]

Говорят, что надежда рождается во тьме. Вера - это птица, что чует рассвет, когда царит ночь. Но в каждый новый день мы несём груз прошлого - он отдаётся эхом под ногами. Нет никакого чистого листа. ---- Если нам даётся второй шанс, то это - результат нашего выбора. Того, что мы смогли забыть, и того - что отпустили. Каждый сделанный выбор приводит нас в новое место. Но на каждом моём шагу меня преследуют воспоминания.

[oilavand]

сезон 1, серия 1: — Что именно в обществе так тебя разочаровывает? — Даже не знаю. Может то, что мы все вдруг решили, что Стив Джобс — великий человек, хотя сами знаем, что он заработал миллиарды на детском труде? А может, потому что все наши герои оказываются фальшивками. Весь мир — большой обман. Мы пересылаем друг другу одну и ту же чушь, выдавая её за своё мнение, и верим в искренность социальных сетей. И мы ведь сами это выбрали, не на сфальсифицированых выборах, а своими вещами, собственностью, деньгами. Но это не новость. Мы все знаем, почему так поступаем. Не потому что Голодные игры интересно читать, а потому что мы хотим забыться. Потому что не притворяться больно, потому что мы — трусы. Нахрен общество. сезон 1, серия 2: Управляем ли мы своей жизнью? Может, мы просто... просто пользуемся тем, что приходит к нам само? Мы без конца выбираем между двумя вариантами, например, картины у вас в приёмной. Cola или Pepsi, McDonalds или Burger King, Hundai или Honda. Если присмотреться поближе, станет ясно - это всё одно и то же. Перед нами иллюзия выбора. Половина из нас не может выбрать за себя телевидение или газовую компанию, какую воду мы пьём, страховку... даже если мы сможем выбрать, что это изменит? Если можно выбрать только между голубым крестом и голубым щитом, какая нахрен разница? Это ведь одно и то же. Нет, мэм, наш выбор давно уже сделали за нас. Давным давно.

сезон 1, серия 4: Есть такая поговорка: дьявол сильнее всего, когда никто не смотрит. Как программа, работающая в фоновом режиме, пока вы заняты чем-то другим. Их называют демонами. Они действуют без участия пользователя: наблюдения, запись, уведомления. Примитивные импульсы, подавленные воспоминания, бессознательные привычки, они всегдашняя рядом, всегда с вами. Мы пытаемся быть хорошими, пытаемся что-то изменить, но всё это фигня. Побуждения ничего не значат. Не они управляют нами, а демоны.

[oilavand]

Я - наверху, у себя в комнате. В широко распахнутой чашечке кресла I. Я на полу, обнял её ноги, моя голова у ней на коленях, мы молчим. Тишина, пульс... и так: я - кристалл, и я растворяюсь в ней, в I. Я совершенно ясно чувствую, как тают, тают ограничивающий меня в пространстве шлифованные грани - я исчезаю, растворяюсь в её коленях, в ней, я становлюсь всё меньше - и одновременно всё шире, всё больше, всё необъятней. Потому что она - это не она, а Вселенная. А вот на секунду я и это пронизанное радостью кресло возле кровати - мы одно: и великолепно улыбающаяся старуха у дверей Древнего Дома, и дикие дебри за Зелёной Стеной, и какие-то серебряные на чёрном развалины, дремлющие, как старуха, и где-то, невероятно далеко, сейчас хлопнувшая дверь - это всё во мне, вместе со мною, слушает удары пульса и несётся сквозь блаженную секунду...

[oilavand]

When I watch the world burn all I think about is you.

[oilavand]

Жизнь подобна лабиринту. Некоторые всю жизнь блуждают в нем в поисках выхода , но есть лишь один путь — и он ведёт внутрь. И этого не понять пока не достигнешь центра. Понятие смерти непостижимо, но с ней можно смириться. А до тех пор каждый день спрашивай себя, правильный ли ты сделал выбор?

40:10

Правда — вещь упрямая. Можно пробовать её подавить, но она всегда всплывает на поверхность. Мы часто превращаем ложь в правду, чтобы выжить. Мы пытаемся забыть, не щадя своих сил. Мы не знаем и половины загадок мироздания. Мы странствуем во тьме — такова правда.

Разочарование — результат несбывшихся ожиданий. Живи с надеждой, — говорила мне мама, — но без ожиданий. Ведь тогда ты будешь удивлён, а не разочарован.

Сезон 2. Серия 7.

Люди — очень странные создания. И действия продиктованы желанием, а характер закалён болью. Как бы сильно мы не хотели и не пытались подавить боль и желание, мы навсегда останемся рабами своих чувств и переживаний. Потому что пока внутри бушует буря, нам не будет покоя ни в жизни, ни в смерти. И мы целыми днями будем делать то, что должны — боль подталкивает к действиям, а желание указывает путь. Это всё, на что способен человек.

[oilavand]

Всякий влюблённый слегка ненормален. Любовь вообще безумна. Это - некая форма социально-принятого сумасшествия. 

[oilavand]

Бернард: Читай этот абзац.

Долорес: «Нет, вы только подумайте. Какой сегодня день странный! А вчера всё шло как обычно. Может, это я изменилась за ночь?»

Б.: Тебе приходят какие-то мысли?

Д.: Похоже на прочие наши книги.

Б.: Это как?

Д.: Перемены - это общая тема всех книг.

Б.: Наверное, людям нравится читать о том, чего они больше всего на свете хотят, но почти никогда не получают.

...

Долорес: «Дайте-ка вспомнить: сегодня утром, когда я встала, я это была или не я? Кажется, уже не совсем я; но если это так, то кто же я, в таком случае?»

[oilavand]

[oilavand]

Любовь, время, смерть. Эти три абстракции объединяют всех до единого жителей планеты Земля. Мы вечно чего-то жаждем и боимся, что не будем чего-то иметь, и, в конце концов, мы покупаем это. Всё. потому что каждый день мы нуждаемся в любви, сожалеем, что у нас мало времени, и боимся смерти.