xenon

•Ksenia•16 y.o•pisces•Twin Peaks•Stranger Things•dark academia aesthetic•slytherin•infp•

[scarlettroosee]

эстетика типа личности Посредник

[scarlettroosee]

эстетика тренера

[scarlettroosee]

эстетика стратега

[scarlettroosee]

эстетика виртуоза

[scarlettroosee]

ᴘᴇʀғᴇᴄᴛᴜᴍ

Погода была хороша. Новый асфальт был мокрым от влаги и снега. Вокруг тьма и лишь одинокие фонари освещали дорогу. Парень ехал в своем красном кадиллаке, фары машин, ехавших навстречу, ослепляли. Заехав в спальный район, водитель сбавил скорость и стал внимательно оглядывать прохожих. В машине тихо «пел» Элвис Пресли. Это не могло не подкупить. Девушки восторженными взглядами провожали парня, одарявшего их обворожительными улыбками. Кстати, за рулем сидел Ричард Доусон. Видная персона, известная всему городу. Ричи жил в районе, где обитали местные мажоры. Сам парень никогда не гордился этим, ведь это даже не достижение, все благодаря родителям. Друзей у него не было, так думал сам Доусон. Хотя, все парни, которые хоть раз пересекались с Ричардом, тут же считали его, чуть ли не лучшим другом. Девушки вздыхали и упрашивали Ричи прокатить их на своем роскошном кадиллаке. Парень послушно выполнял просьбы, но дальше поездок он не продвигался. Доусон восхищался женщинами, как это делал Пресли. Для него они были ходячей эстетикой и чем-то из разряда фантастики. Ричарду до ужаса нравился шлейф духов, тянущийся за девушкой еще много-много миль, цветные платья, показывающие все недостатки и достоинства фигуры. Особую страсть он питал к волосам, переливающимся на солнце. Это не было одержимостью или навязчивой идеей. Доусон лишь любил красоту, и находил ее там, где кто-то ее даже не увидел бы. Недалекие люди считали, что он озабочен и на самом деле тот еще ловелас, но девушки находили в нем романтика, покорявшего их сердца. –Хей, Рич, подвезешь?–крикнул парень, стоявший на остановке. –Без проблем, залезай.–Доусон махнул рукой, приглашая сесть.–Куда ехать, Майки? –Ко мне домой. Завис сегодня у Шейли. Видел бы ты ее в комбинации! Челюсть на пол упадет!–возбужденно говорил парень. –Надеюсь, что вы хорошенько повеселились.–безразлично ответил Ричи. –Еще как! Загляни и ты к ней на огонек.–намекал Майк парню. –Спасибо, но откажусь.–раздраженно говорил Ричард.–Приехали. –Но мы еще даже не доехали до крыльца!–возмутился пассажир. –Может мне еще тебя в кроватку спать уложить? Вылезай, извращуга. –Чего ты так завелся? Из-за Шейли что ли? Разве не хочешь ее трахнуть? –Я не отношусь к женщинам как к мусору, идиот! Имей уважение к ним! Говоришь так, будто у тебя только пубертат начался!–крикнул на прощание Доусон. Парень надавил на педаль газа и рванул, куда глаза глядят. Его раздражала эта напыщенность сверстников. Мажоры, которые думают, что им все дозволено. И кто тут еще мусор? Ричард остановился на заправке, чтобы купить колы. Затяжка за затяжкой, глоток газировки и твои внутренности почти гниют. –С первым снегом, Ричи.–парень услышал рядом мелодичный голос. –И тебя, Шейли.–Доусон заправил выбившуюся из прически девушки прядь. –Ты милый, знал об этом?–щеки девушки были красными, но не от мороза, а от прикосновений парня. –Знаю, милая.–Ричи мягко улыбнулся. Девушка без спроса вытащила из пачки Мальборо Голд сигарету и закурила. Снег хлопьями оседал не ее пальто терракотового цвета, медных волосах и длинных ресницах. Шейли повернулась, чтобы еще раз увидеть Доусона. Парень смотрел в небо, будто замечтавшись, его рука сжимала пустую железную банку из-под колы. Из его рта вырывались наружу кольца дыма. Девушка залюбовалась этой картиной. –Как думаешь, 1960 год будет хорошим, а?–голос Шейли дрожал на холоде. –Конечно, по-другому быть не может. –Вот и я так думаю.–шумно выдохнула девушка, придвигаясь ближе к Ричарду. От Доусона исходила невероятная энергетика, греющая Шейли в этот морозный зимний день. Он казался ей неотразимым, будто он правильный и неправильный одновременно. Ричард никогда не лез к девушкам, не пытался затащить их в постель, он восхищался ими издалека. Ричи пробуждал все самые светлые чувства в душе Шейли. Доусон посмотрел на наручные часы. Наступила полночь.

[scarlettroosee]

sᴇɴsɪʙᴜs

Элио смотрел на хлопья снега, падающие с ночного неба. В воздухе витала магия и запах печенья. Суетились люди, скупающие подарки. Парень знал, что каждый прохожий думал о своих проблемах и переживаниях, но лично он ждал чуда. Это был первый праздник Элио вне дома. Перлман искренне радовался. Первая улыбка, от которой разливалось тепло по всему телу. Что-то внутри парня клокотало от счастья.

–Дружище, какая встреча!–услышал Элио голос за спиной. –Фрэнсис! Какими судьбами?–Перлман похлопал друга по плечу. –Да вот, иду покупать подарок Джеймсу. Он пригласил меня к себе на Рождество. –Тогда не буду задерживать. Удачи!

Элио помахал на прощание Фрэнсису и поспешил домой. Парень прекрасно знал, что опаздывает на вечеринку. Он уже думал пойти привести себя в порядок, надеть праздничную рубашку и отправиться в путь. Но Перлмана пугала эта неизведанность. С 1983 года в сознании парня все изменилось. Вечная потребность быть любимым заставляла его влюблять вновь и вновь. Ему не хватало этой легкости и чувственности. Элио было страшно, ведь он давно уже не испытывал нежности и этой туманной влюбленности, которую ему дарил Фрэнсис. Порой, прошлое Перлмана отзывалось в его сердце, но она старался идти дальше и радоваться каждому дню.

Парень распахнул окно и впустил в комнату снежный вихрь. Холодный ветер развевал его каштановые кудри и оставлял след мурашек на нежной коже, скрывающейся под тонким слоем ткани. Перлман чувствовал себя превосходно. Он так любил это: мороз, подарки, смех, счастье. Элио поспешил к шкафу и вынул из него потрясающий красный свитер. От него исходило тепло, пусть парень себе и надумал это. Перлман прижал его к груди, вдохнул запах нафталина и улыбнулся. Это определенно его вещь. Элио посмотрел на себя в зеркало в последний раз перед тем, как выйти навстречу чуду.

–Так-так-так! Кто тут у нас?–смеялся Джеймс.–Негодник, мы тебя заждались уже! Где ты ходил? –Упаковывал вам подарки. Дело не из легких, это так, к слову.–Перлман одарил друга восторженным взглядом.–Вы начали дарить подарки без меня? Джей, так не делается!

Парни побежали к наряженной ели, вокруг которой сидела вся компания. Джеймс подошел к проигрывателю и поставил пластинку с песнями Фрэнка Синатры. Хелен, сидевшая рядом, тут же завопила от восторга и с еще большим усердием принялась разрывать упаковочную бумагу.

–Иисус, это ведь те духи, о которых я так мечтала, Элио.–девушка кинулась обнимать парня.–Милый, спасибо. Я счастлива. А теперь открой мой подарок.

Перлман взял в руки сверток. Красная лента упала на пол. Парень осторожно открыл бумагу, и его взору предстала персиковая рубашка, напоминающая суфле.

–Ну, как тебе?–Хелен выжидающе смотрела на Элио. –Не люблю персики.–отрезал парень.–Но рубашка восхитительная. Девушка чмокнула Перлмана в щеку, крепко-крепко обняла, зарываясь носом в его волосы. –Прости, я совсем забыла.–виновато прошептала Хелен. –Ничего страшного. Мне все равно нравится.

Элио выпустил из объятий девушку. Он обвел взглядом присутствующих. Фрэнсис сидел, будто завороженный и, казалось, даже не моргал. Перлман напрягся, но все же взял себя в руки и подошел к парню.

–Хей, мы еще не обменялись подарками.–Элио протянул Фрэнсису коробку, тщательно упакованную, особенную. –Извини, но я не купил тебе что-то грандиозное. Мне жаль. –Ничего страшного.–Перлман тепло улыбнулся.–Открой.

Фрэнсис послушно открыл коробку. Парень взял со дна теплый шарф с его вышитыми инициалами. Ткань по цвету напоминала кофе с молоком, а буквы были вышиты белыми нитками, так старательно.

–Ты сам его сшил?–тихо спросил Фрэнсис. –Да. Заметно, верно?–Элио нервно посмеялся.–Слишком плохо, да? –Что ты, нет!–парень положил руку на колено Перлмана.–Видно, что сделано с любовью.

Фрэнсис развернул шарф, чтобы примерить. На его джинсы упала открытка, напоминающая сердце.

–Не рановато для валентинок?–ухмыльнулся парень. –Самое то!–Элио шутливо толкнул друга и положил голову ему на плечо.–Читай! «Спасибо за Рождество. Навеки твой Элио. 25.12.1986 г.»

[scarlettroosee]

ᴄʟᴀᴍᴏʀ

Доминик Готье. Это имя знают все, но предпочитают не произносить его лишний раз. Парень не трогал никого, и остальные старались даже не дышать в его сторону. Не нужно провоцировать зло, которое Готье с трудом сдерживал в себе. У Доминика пустой взгляд. Он смотрит сквозь людей, ведь они не имеют никакого значения. Парень привык быть в одиночестве. Взору людей открывалась весьма живописная картина: опечаленный парень сидит за последним столом, его ноги закинуты на дубовую столешницу, а в руках обычно книга Гюго или Ремарка. Девушки вздыхали, потому что невероятной красоты парень не подпускал к себе никого. Пухлые губы Готье всегда оставались приоткрытыми. Парень учащенно дышал, его длинные ресницы подрагивали. Доминику было наплевать на окружающих. Он наслаждался чтением трудов философов и стихотворениями Артюра Рембо. Никто не понимал его маниакального пристрастия к чтению, одиночеству. Парень не был простым человеком, он будто возвышался над остальными. «Внеземной».–говорили одни. «Демон».–отвечали другие. Готье вальяжной походкой шел по пустому коридору. Каблуки его туфель стучали по каменным плитам. Пар вырывался струйками изо рта. Какая неудача, он так не любил выходить куда-то в свой день рождения. Ему была ненавистна дата, которую он увидел сегодня на отрывном календаре: 31 октября. Доминик всегда помнил наставления матери: «Ты–дань Богу. Господь гордится тобой, не вздумай опозорить честь свою». А Готье ненавидел всем сердцем и душой эти речи. Парня тошнило от любого упоминания религии, Иисуса. Эта слепая вера во что-то высшее приводила его в ярость. Доминик всегда знал: «Если бы Бог существовал, то Он не допустил бы всех бед, случившихся в мире. Господь спасал бы гиблые души. Но ничего нет. Вот и все». Готье побрел к массивным железным воротам и приготовился их открыть, но на его плечо опустилась чья-то миниатюрная рука. Парень обернулся, чтобы посмотреть на человека, посмевшего дотронуться до него. Это была девушка с удивительно большими глазами. Доминик присмотрелся к незнакомке: длинная юбка в пол, косынка на рыжих волосах и россыпь веснушек на щеках. –Что тебе нужно?–холодно спросил парень. –Меня Вивиан зовут.–девушка провела рукой по торсу Готье и как-то «бесновато» улыбнулась. –Мне нет дела до твоего имени. Что ты хотела?–парня раздражала эта девчонка. –А можно ли веровать в беса, не веруя в Бога?–Вивиан крепко держала Доминика за ткань белоснежной рубашки. –Спроси в церкви. Мне пора идти.–Готье схватил рыжеволосую за руку и одернул ее от себя. –Ты скажи-скажи!–истошно вопила Вивиан. Доминик зажал уши ладонями и закрыл глаза. Такого крика он не мог вынести. Казалось, что даже небо почернело, вот-вот разразится гром. Внезапно парень ощутил прилив сил и со всех ног он бросился бежать к дому. Не хватало воздуха, в легких, будто что-то покалывало. Впервые кто-то напугал его, загнал в угол. Обычно так поступал сам Доминик. Готье самому захотелось упасть на колени посреди дороги и закричать, чтобы вместе с воплем из него вышли все потаенные страхи. Парень вбежал в квартиру и захлопнул дверь. Доминик медленно пополз на четвереньках в гостиную. Готье сел на пол и заплакал. Слезы лились градом и оставляли следы на скулах и впавших щеках. Его громкие стоны были слышны всем соседям. Парень никак не мог остановиться. Эта девчонка пробудила в нем все обиды и воспоминания, которые он так хотел забыть. Ужас сковал все тело Доминика. Руки и ноги тряслись, их было не унять. Уста Готье разомкнулись и начали шептать: «Я не хочу. Я не готов. Мне еще нужно столько успеть сделать. Я не могу». Эта мантра пугала. Резко Доминик успокоился, и его рыдания прекратились. Парень массировал виски. Нижняя губа до сих пор подрагивала. Готье ненавидел эти гребаные слезв. Он не должен показывать слабость даже самому себе. Нет, он не станет больше так срываться. Никто больше не услышит его возгласы. Никогда.

[scarlettroosee]

dark academia: libra, pisces and leo. книги, стоящие стопками по всем комнатам; запах корицы и кардамона; легкий свежий парфюм; стены, впитавшие в себя звуки и мелодии любимых песен; справочники о мифических существах.

[scarlettroosee]

ᴄᴏɴᴘᴇʟʟᴀᴛɪᴏ

Ни луча света. Темнота, давящая своей неизвестностью и пугающая тем, что находится внутри нее. Никогда еще не было так плохо. Она не чувствует сердца, ведь его уже и вовсе нет. Только каменная глыба в груди. Костлявая рука тянется к тяжелой двери и с небывалой силой толкает ее. Этель застыла и наблюдает за движением в залитой мраком комнате. Сначала она увидела два пару светящихся желтых глаз. Потом еще одну. И еще. Нет, такого не может быть. Все они снова собрались тут. Для нее одной¬–Этель. Девушка шагнула в темноте и тут же зажмурилась. Нет, что-то от чувств осталось. Странно. –Ты снова пришла к нам.–прокряхтел голос из угла. Этель не ответила на зов. Ей было дурно и хотелось вырваться на солнце. Девушка бросилась к двери, но та с грохотом закрылась. На своей руке Этель почувствовала чужую. Кто-то крепко схватил ее и не давал даже вдохнуть полной грудью. «Мама опять спросит про новые увечья. Она не поймет».–шумно выдохнула Этель. –Ты давно к нам не заходила.–говорило то, что держало девушку.–Хочешь снова услышать всю правду про себя? Девочка, неужели ты так отчаялась, что вновь пришла поговорить о своей ничтожности? Что ж, пожалуй, это твое единственное общение. Даже твоя дражайшая матушка отчаялась. И смех и грех. Девушка молчала. Она не хотела отвечать на провокации, ведь ОНИ только и ждут этого. Прошлых ошибок Этель совершать не хочет. Когда-то она перечила ИМ. После этого девушка просидела в комнате целый день, задыхаясь от зловонной желчи, в которой она сидела. –На этот раз ты спокойнее.–Этель услышала адский хохот со всех углов.–Смотрю, привычкам не изменяешь, все так же всех отталкиваешь от себя. Расскажи причину, МЫ разрешаем тебе говорить. –Людям не следует общаться с такой как я.–монотонно говорила девушка. –А какая ты? Забитая и таинственная аристократка?–нежно говорил голос за спиной.–Нет, слишком романтично. На самом деле ты дрянная девчонка, страдающая из-за своих галлюцинаций. Ты жалкая. Живешь в своем выдуманном мирке, а ночью думаешь обо мне и делаешь кое-что под своей юбочкой. Этель стало мерзко от того, что ОНИ узнали о ее новых слабостях. Она должна сегодня же прекратить делать то, о чем ей говорил ОН. Неужели все эти демоны и сейчас читают ее мысли? –Я бы сделал с тобой все самые грязные вещи.–продолжал говорить ОН своим ласковым голосом.–Думаю, что мы могли бы развлечься при твоей любимой мамочке. Этель вырвалась из цепкой хватки и побежала к окну, скрытому за массивными ставнями. Девушка дергала заржавевший замок, но она была слишком слаба для того, чтобы сломать эту конструкцию. Так хотелось вдохнуть запах дождя, увидеть хотя бы проблеск света. Нет, она не даст этим монстрам съесть ее. –Какая же ты жалкая, Этель.–хором сказали ВСЕ. Девушка прижалась к холодной стене. «Хоть бы замерзнуть насмерть».–думала она. Ей давно хотелось умереть, но что-то подсказывало девушке, что ОНИ достанут ее и в аду. –У тебя такое славное имя.–снова заговорил ОН.–Я бы засыпал и просыпался бы с ним на устах. Но вот ты–уже другое. Такая склизкая и гадкая. Всех донимаешь своими видениями и упреками. Знаешь, почему никто тебе не верит? Тебе поставили диагноз, Этель. Ты сумасшедшая. Даже сейчас ты разговариваешь со своим воображением. Не надоело скрываться за выдуманными образами? Выпусти свое черное «Я» наружу. Давай же. У Этель перехватило дыхание. Каменная глыба в ее грудной клетке начала выстукивать бешено, ритмично. Глаза вот-вот вылезли бы из орбит. Синеющая рука девушки начала ощупывать тонкую шею. Мертвые губы открывались, чтобы уловить хотя бы немного воздуха. «Наверное, так чувствуют себя люди, когда умирают».–это было последней мыслью Этель перед тем, как кануть в еще большую темноту.

[scarlettroosee]

ᴍᴀʀs ɪɴ ᴛᴀᴜʀᴜs

curls; makeup every day; sexy music; cluttered bookshelves; playful shadows on the walls; bloom.

[scarlettroosee]

ᴅᴏᴄᴛʀɪɴᴀs ʜᴏᴍɪɴᴜᴍ

Дианта раскинула руки и возвела их к солнцу. Его свет играл с ее волосами цвета меди. Птицы щебетали девушке свои песни о любви. Блаженство поселилось в душе Дианты. Весь мир любил девушку, а она обожала его в ответ. Ее искренность освещала путь заблудшим в пороках и погрязшим в жадности людям. Сияние. К девушке сзади подошла Хрисеида и обняла за талию солнечную Дианту. Женщина служила при дворе и с ее «золотым» словом считался правитель. Нет сомнений–она возлюбила Дианту. –Почему ты грустишь, девочка моя?–обеспокоено спросила женщина и запустила руку в волосы девушки. –Аристэйос не любит меня. Да, он так и сказал. Это первый человек, который осмелился сказать мне эти скверные слова. Неужели я правда плоха, Хрисеида?–срывалась на плач Дианта. –Ты еще так наивна, милое создание.–вздохнула женщина.–Неужели ты еще не поняла, что он не умеет принимать ту заботу, которую ты даруешь ему? Ветер подул с гор, и золотая пыльца лилий окропила белую сорочку Дианты. Девушка охнула. Ее хрупкие руки принялись собирать это «золото», чей блеск украшал ее платье. –Запомни одну вещь, Дианта. Бог–женщина. Она дает жизнь, исцеляет людей и провожает их в последний путь. Женщины–это великая сила, с которой не совладать никому. Ты можешь услышать совсем иные слова от Аристэйоса, но, разве, он авторитет? Всегда держи у себя в голове то, что я сказала тебе. Ты особенная и тебя наделили даром–светом души. Ты–Богиня. Дианта смотрела на наставницу своими глазами небесного цвета. Девушку переполняла тревога, смешанная со сладостным безумием. Осознание слов Хрисеиды давало невероятную силу и веру в себя. –Я чувствую кое-что. Ты в положении, милое дитя. Моя интуиция подсказывает, что у тебя родится девочка, Дианта. Ее будут звать Дайона–богиня. Донеси до чада своего мои наставления. Эта истина не должна погибнуть.

[scarlettroosee]

ᴇxsᴘɪʀᴀᴠɪᴛ

au, где после смерти ты попадаешь на другую Сторону и воспоминания о жизни на земле у тебя воссоздаются лишь отрывками. Джессика сидела на мраморном постаменте, где совсем недавно еще красовалась статуя ангела. На щеках девушки были видны следы слез. Смотрящая на это Лора не могла поверить глазам. Это все напоминало ту самую картину, где плакал падший ангел. Девушка на земле училась в школе искусств и помнила каждую деталь того полотна. Лора ужаснулась. Страх перекрыл ей кислород, и девушка почти начала задыхаться. –Почему ты стала такой?–не выдержала Лора. –Какой?–ухмыльнулась Джессика и по ее лицу опять скатилась слеза. –Ты злая.–произнесла девушка как приговор. –Я не злая. Я несчастная. ••• Грусть разламывала Джессику на мелкие частицы. Это чувство заставляло болеть каждую клетку тела. Эта невыносимая пытка никогда не прекращалась. Куратор Диккенс говорил: «Я никогда еще не встречал такого на нашей Стороне. Это библейское уныние. Я не знаю, выдержит ли девушка». Прошлой ночью Джессика сидела в саду. Благоухание кроваво-красных роз доставляло удовольствие девушке. Это место было адски прекрасным. Ее белое платье потревожил ветер, тем самым оголив ее молочно-белые ноги. Стеклянные глаза Джессики смотрели на луну, чей свет был будто проводником для нее. Минута за минутой. Волшебство. «О нет».–подумала девушка. Ее голова налилась свинцом, а глаза резко начало жечь, будто в них попали капли лавы. Это значило лишь одно. Воспоминания возвращаются. Приступ боли сковывал тело Джессики, и с каждой секундой становилось все невозможнее переносить это жалкое существование. ••• –Почему ты несчастная?–спросила Лора. –Мою мать убил мой же отец. Он сделал это хладнокровно. Этот подонок отправил на тот свет не только мою маму, но и вырезал во мне все хорошее. Он убил во мне смех и счастье. Моя первая любовь никогда не нуждалась во мне. Ему было плевать на то, сделает ли он мне больно. Для него не было такого понятия как «любовь». Он считал, что наши отношения–развлечение. Он воспользовался моим доверием и растоптал все те трепетные чувства, которые я питала к нему. После смерти матери я попыталась взрастить в себе это подобие заботы и влюбленности. Я думала, что он действительно любит меня. Но никому я не была нужна. Меня убили люди. –Как ты попала сюда?–шепотом спросила Лора. –У меня случился сердечный приступ. Не успели спасти. Оно и к лучшему. –Почему ты помнишь свою жизнь так детально? Воспоминания ведь не так быстро возвращаются, Джесс. –Я достаточно долго на этой стороне. Тебе не стоит знать всего.–холодно ответила Джессика и спрыгнула с постамента. ••• Лора стояла и смотрела на безжизненное тело Джессики. В грудной клетке девушки был воткнут меч. Тело сидело в кресле, которое стояло напротив распахнутого окна. Джессика умерла, смотря на луну. Из глаз капала без остановки черная желчь. «Какая красивая смерть. И такая пугающая».–думала Лора. Девушка никогда не забудет этот пустой взгляд устремленный куда-то далеко. Никогда. ••• Все жители Стороны толпились рядом со статуей. Мраморный постамент, который недавно пустовал, теперь украшает девушка, застывшая в немом крике. Руки статуи тянулись к солнцу, а в одну из них вложили меч. Слезы ручьями стекали по щекам и шее. Этот плач был полон злобы и раздражения, досады и обиды. Тело Лоры покрылось мурашками. Девушка поняла, кто перед ней стоял. Это Джессика. Она не покинула подругу. Никогда. Лора взглянула на надпись. «Grigori». –Но ведь она не падшая. Почему?–спросила Лора Диккенса. –Ты сама знаешь, что сейчас ее просто защищаешь. Она дала нам важный урок. Джессика осталась в наших сердцах, но отныне она падшая в нашем мире. Девушка не смогла совладать со своей болью и решила избрать путь страшного греха. –Но это был не ее выбор!–вскрикнула Лора. –Уже ничего не сделаешь. Поздно.

[scarlettroosee]

"ᴘᴏsᴇ"

“ᴀ ʜᴏᴜsᴇ ɪs ᴍᴜᴄʜ ᴍᴏʀᴇ ᴛʜᴀɴ ᴀ ʜᴏᴍᴇ. ɪᴛ's ғᴀᴍɪʟʏ. ᴀɴᴅ ᴇᴠᴇʀʏ ғᴀᴍɪʟʏ ɴᴇᴇᴅs ᴀ ᴍᴏᴛʜᴇʀ ᴡʜᴏ ɪs ᴀғғɪʀᴍɪɴɢ, ᴄᴀʀɪɴɢ, ʟᴏʏᴀʟ, ᴀɴᴅ ɪɴsᴘɪʀɪɴɢ.” — ᴘʀᴀʏ ᴛᴇʟʟ

[scarlettroosee]

ʜᴀʀʀʏ sᴛʏʟᴇs

Honey I'd walk through fire for you Just let me adore you

[scarlettroosee]

𝖉𝖆𝖗𝖐!𝖕𝖎𝖘𝖈𝖊𝖘

smeared lipstick; friendly kisses; watching horror films; loud music in headphones.

[scarlettroosee]

[𝖆𝖋𝖋𝖊𝖈𝖙𝖚𝖘]

жаркий вечер и оранжевый закат. все вокруг веселятся, разговаривают и громко смеются. мы же тоже не отстаем от массы и я начинаю рассказывать какую-то забавную историю из моей жизни. наши лица озаряют улыбки, а от смеха внутри живота трепещут бабочки. и тут я вижу тебя. мы идем навстречу друг другу и порываемся поздороваться, но тут же оставляем эту затею. мы лишь провожаем друг друга взглядом: мой был влюбленным, а твой...я так и не поняла, меня это озадачило. а потом стало темнеть. - 21.08.2020

[scarlettroosee]

bea miller-feel something

troye sivan-easy

portwave-shadow lady

mr.kitty-after dark

lady gaga-judas

the neighbourhood-daddy issues

depeche mode-enjoy the silence