#simsdynasty

[simtroposts]

we’ve got a wedding going on here 🥳

[simbaystudio]

Emma Magnolia (SIM DOWNLOAD)

DL PATREON

By Simbay Studio - Happy Simming! 🏡

[starfielddynasty]

Команда

Сириус смотрел, как Якоб ловит зажигалку — поймал на автомате, даже не глядя, и в этом жесте вдруг проступило что-то почти трогательное, какая-то неловкая телесная память о том, как они когда-то были командой, а не врагами.

Но он сразу же отогнал это чувство, потому что не хотел сейчас смягчаться. Не хотел искать оправдания человеку, который превратил их общее дело в поле для битвы, где не было победителей, а были только уставшие солдаты, забывшие, зачем они вообще взяли в руки оружие.

Сириус выпустил дым в чистое, невозмутимое небо и подумал, что, наверное, самая большая ирония во всем этом — Якоб действительно верил, что спасает их. Что без его контроля, без его жесткой руки они развалятся, потеряются, перестанут существовать.

А они уже развалились.

Просто он был единственным, кто этого не замечал.

Слова про «роскошь взять и бросить» царапнули, но не больно — так, будто заноза, которую носишь в себе так долго, что тело перестало на нее реагировать.

Якоб говорил не про группу.

Он говорил про ответственность, про груз, который тот тащил на себе с детства, про Лотту и Вильгельма, которые для него стали не братом и сестрой, а вечным напоминанием о том, что он должен быть сильным. И Сириус вдруг остро, почти физически, пожалел его. Потому что Якоб, кажется, никогда не умел быть просто счастливым.

И, наверное, уже не научится.

Сириус знал, что уходил — не только с крыши, но и из их общей истории, которая когда-то казалась такой важной.

Он оставил ему зажигалку.

Просто как напоминание о том, как все просто когда-то было. Хотя самому Сириусу хотелось только спуститься с этой крыши и больше никогда не возвращаться в комнату, где музыка умирала медленно, притворяясь живой.

___

[simsslastena]

She said «yes»💍

[starfielddynasty]

«Я не идеальный — хочу, чтоб ты это знала. Зай, изъяны во мне легче найти, чем хуёвый исекай. Я курю, долблюсь, бухаю — точно тебе изменю. Но ради тебя поменяюсь, честно, Солнце, я не вру!

Я урод, а ты тупая дура. С пиздатой фигурой, но тупая дура. Я не тот, а ты тупая дура. Де-факто и де-юре — ты тупая дура»

@ KSB muzic, Пацанский рэпчик до слез - Дура

Дура

Вильгельм чувствовал, как его пальцы впиваются в ее талию с той жадностью, которую он так долго прятал.

Она сказала «я хочу с тобой», и он не поверил — не мог поверить, потому что слишком привык быть вторым, наблюдателем, тем, кого выбирают, когда первый вариант недоступен. Но когда она поцеловала его, Вильгельм вдруг осознал, что ему плевать, играет она или нет. Плевать, сколько раз она танцевала с Сириусом. Плевать, что Якоб смотрит откуда-то из темноты.

Пусть играет сколько хочет.

Он устал быть благоразумным. Устал ждать, угадывать, надеяться, что она выберет его не потому что некуда деваться, а потому что он — первый.

Ее дыхание смешивалось с его, ее пальцы вцепились в его волосы так, будто она хотела выдрать их с корнями. Вильгельм понял: он не хочет быть для нее удобным.

Он хочет быть тем, кого она не сможет забыть.

Даже если завтра она снова будет смотреть сквозь него. Даже если этот поцелуй ничего не изменит.

___

[starfielddynasty]

Иллюзия

День выдался нарочито хорошим — солнечным, свежим, с небом такой чистой голубизны, что смотреть больно. Сириус поймал себя на мысли, что этот день не имеет права быть таким красивым, когда внутри у него все рассыпалось на осколки, которыми можно порезаться просто при вдохе.

Он стоял на крыше, смотрел на город, на черепичные крыши, на пальмы, и чувствовал, что вся эта картинка — насмешка.

Ему казалось, что гитара была самоц изощренной иллюзией, в которую он когда-либо себя заманил.

Он думал, что музыка станет его голосом, но в итоге она оказалась просто способом молчать громче.

Лотта положила голову ему на плечо, и это было так привычно, что Сириус даже не вздрогнул. Он вдруг подумал, что, наверное, единственное, что у них с ней осталось настоящее, — это вот так сидеть рядом и не притворяться, что все в порядке.

Не играть. Не доказывать.

Он знал, что она предлагает дуэт потому что хочет оставить ему дверь открытой. На случай, если когда-нибудь он захочет в нее войти. И эта безоговорочная готовность ждать — без требований, без обид — застряла где-то под ребрами и пульсировала там практически сладкой болью.

Ему не хотелось брать в руки инструмент.

Не сегодня. И Сириус боялся, что, возможно, не захочется и завтра, и через месяц, и никогда. Но Лотта не давила, не уговаривала, не говорила «все наладится». Она просто сидела рядом, и этого было достаточно, чтобы не чувствовать себя полностью потерянным.

___

[starfielddynasty]

Фальшь

Он пытался. Они все пытались.

В который раз приходили, таскали аппаратуру, настраивали гитары, барабаны, микрофоны — и играли это бледное подобие музыки, которое выходило из-под их пальцев уже почти месяц. Никто не спорил, никто не предлагал новых идей, никто даже не смотрел друг на друга во время репетиций.

Сириус чувствовал, как где-то в солнечном сплетении разрастается глухая, свинцовая усталость. И когда он поднимал глаза от грифа, его взгляд каждый раз упирался в единственное лицо во всей этой комнате, которое, казалось, ничего не замечало.

Якоб улыбался.

Довольно, сыто, как кот, который наконец-то загнал всех мышей в угол и теперь наблюдал, как они медленно перестают дышать.

Группа превратилась в декорацию. Они не играли — они изображали игру.

Он сам изображал человека, которому есть что сказать, хотя внутри давно все выгорело. Но хуже всего было то, что Якоб, кажется, чувствовал себя прекрасно. Ему не нужна была их душа — ему нужен был результат, товар, который можно упаковать и продать.

А Сириус, который когда-то мечтал о сцене как о спасении, понял, что готов с этой сцены сбежать. Не эффектно, не громко — просто взять гитару и уйти, пока в пальцах еще осталось хоть что-то настоящее. Потому что если он останется еще хоть на одну репетицию, он разучится отличать музыку от шума.

А себя — от марионетки.

___

[starfielddynasty]

Поцелуй

Я не такой умный, каким кажусь

I ain't as clever as I seem

Я не такой умный, каким кажусь

I ain't as clever as I seem

Несмотря на то

In spite of the fact

Что я учусь каждый день

That I am learning every day

Я знаю, что не все так плохо

I know it ain't all bad

Я знаю, что не все так плохо

I know that ain't all bad

Если я посмотрю в правильном направлении

If I look in the right direction

На мой взгляд

In my mind

В замке, где я король

In the castle where I am the King

Я накачаю свои руки

I will build up my arms

@ Saybia - In Spite Of

В тот миг, когда пальцы Лины легли ему на спину — легко, почти невесомо, — Норберт понял, что боялся вовсе не Гриммов.

Их насмешки были привычным фоном, белым шумом, который научился не замечать.

Страшнее оказалось стоять перед Линой и не знать, имеет ли право на ее тепло. Он привык, что за любое прикосновение нужно платить — унижением, страхом, чувством вины.

А она брала просто так, не требуя расписок.

И от этой простоты внутри становилось тесно, будто грудная клетка стала мала для того, что вдруг в ней разрослось.

Поцелуй получился неловким — губы не сразу нашли нужный угол, дыхание сбилось, нос уткнулся в ее щеку.

Норберт уже приготовился к тому, что сейчас она мягко отстранится, поправит очки и скажет что-нибудь вроде «не торопись». Но Лина лишь улыбнулась уголком губ и потянулась к нему сама — так, будто ждала этого не меньше, чем он.

И тогда Норберт впервые за всю жизнь почувствовал себя не жалким, не странным, не заслуживающим насмешек. Он почувствовал себя просто человеком, который держит в руках то, что не нужно заслуживать.

Потому что ему это уже дали.

___