Дима очень любил звук будильника по утрам. Еще больше он любил запах жжёной яичницы, которую он который раз не успевал снять с огня вовремя. После завтрака он с любовью в сердце одевался и топал на работу, которую также очень любил.
Возможно, у неё были недостатки. Возможно, это был не лучший выбор. Возможно, ему стоило бы поразмыслить о своих целях, планах на жизнь и прочей фигне. Заняться более творческими вещами, например.
Но утром о печальном и сложном думать не хотелось. Он шел к метро и радовался солнцу, птичьему пению и вообще всему тому, что почему-то поднимало ему настроение. Ведь вечером голова будет опустошена работой так, что даже улыбнуться будет нечем — не то что "думать о жизни".
Дима добрался до офиса, поднялся на свой этаж, разделся, сел за свой стол. Надел наушники и приготовился к работе. Через пятнадцать секунд Дима исчез на пятьдесят пять минут.
Ну, конечно, его тело никуда не делось, он все так же сутуло сидел в своем кресле и пялился в монитор. Но его можно было не пытаться окликать — он залез в глубокий транс, и весь мир для него съёжился до картинки на экране.
Когда традиционные технологии обучения перестали успевать за потоком событий, знаний, задач, какой-то умник поднапрягся и свел воедино крохи того, что потом стало наукой о сознании. Он хотел научить человека понимать вещи быстрее, усваивать информацию пачками, тут же принимать правильные решения — в общем, работать эффективнее. В ход пошли и скорочтение, и полушарлатанские методы обучения во сне, и эзотерические практики. Эксперименты на людях он ставил пачками.
Через почти десять лет он таки срубил свой джек-пот. Безумный коктейль из методик превратился во вполне рабочую систему, которая на выходе давала эдакого универсального "белого воротничка". Его можно было сажать за любую работу, и через несколько дней он уже был хорошим специалистом в ней.
Правда, через два года эти "пионеры интеллектуальной революции" начали превращаться в овощей один за другим, но к тому времени наука скакнула сильно дальше — в ней ведь тоже уже не дураки сидели. И еще через несколько лет работы они сделали чудо — образование в его историческом понимании осталось в прошлом.
Пятьдесят пять минут истекли. Дима несколько раз моргнул, приходя в себя, снял наушники, встал, потянулся. Он славно поработал, теперь надо было немного размяться.
В голове еще бродили мысли про утренних птичек и солнышко, но теперь на их фоне была какая-то мрачная тревога. Отчего именно — он понять, конечно, не мог. Но именно за это ему и платили деньги — он не имел права знать, над чем работает, какие проблемы решает его голова.
Дима попил воды, помахал руками, посмотрел на часы — перерыв кончился. Со вздохом он сел обратно, надел наушники и отдал свой мозг на растерзание системе.
Его работодатель обеспечивал распределенные мыслительные процессы — с помощью того, что называлось "облаком мозгов". Это было время Brains as a Service.
