«Написать текст, написать текст. Мне нужно написать текст»
Если я возьму сейчас листок бумаги, ручку, меня отпустит эта мысль?
«Написать текст, написать текст…»
Я ведь совершенно не понимаю, о чём писать. Последние 4 года мысли выражаются 280-ю символами. Сиюминутные реакции на мгновенные состояния. Написать – отпустить – забыть. Посмеяться. Через год прожить про себя ещё раз: «Вспомните, что было в этот день год назад?»
Рефлексировать не умею и не хочу, а текст – это всегда оно: боль – твоя или чужая, твой сценарий, который уже воплощён. В попытках создать что-то новое – бесконечно друг друга повторяем (и эту мысль никак не запатентовать тоже).
Полозкова в одном из бесконечных писем маме сказала: «От счастья ничего не пишется» и это правда. Болью и гневом ты переполнен, а в любви ты светел, пуст и чист. И новая заметка в телефоне – больше не спасательный круг и рюмка, больше нет необходимости исписываться напоказ.
Пожалуй, в состоянии восторга и яркого впечатления на эмоциях ещё есть вероятность «слепить» нечто хорошее. Впечатление – тоже крайность и по сути далека от шкалы того ровного спокойного безусловного счастья. Впечатления нужно выстраивать по этой шкале, чередуя с болью, унынием, скукой иногда. И пониманием, что это лишь точки на графике, на линии чёткой и твёрдой, существование которой нельзя поставить под сомнение. Как зефирки на шампуре: вскипают над огнём идеальным вариантом десерта, или падают вниз в угли, или безвольно растекаются. И есть только прочная и безусловная опора – шампурик – просто так не сломать его, и не надкусить. Будто из самой лучшей стали он, может из титана.
Хочется делиться этим? Конечно. Хочется указать каждому на свой внутренний стержень и покой. Пусть хотя бы допустят мысль, о том, что внутри – вся основа, а не во вне.
Но об этом написано, понимаешь? Чертовски много и талантливо.
Я люблю Олдоса Хаксли – он мой проводник в мир осознанности через буквы. В книге «Время должно остановиться» он несколько глав посвятил смерти и ощущениям сознания вокруг неё, ВНУТРИ нее. Я дочитывала и начинала вновь, представляя и анализируя свою жизнь и жизнь героя, свою и его смерть. Внутреннее трансцендентное знание или дар слога и фантазии – я не хочу выбирать, думаю и то, и другое. Однажды вышедший за границы – тонко и глубже чувствуешь, многое видишь: ты навсегда теперь между мирами, ты – коллективная память, ты – всё, ты – везде. Я ему верю.
После Хаксли чувствуешь себя точкой, пылинкой – всё про тебя и вместо тебя рассказали, нужные люди уже уловили «месседж». Хочешь передать другим? Просто приготовь отдать 3-4 книги. В религиозных писаниях, кстати, тоже об этом рассказывали, но человечество слышало только нужные ораторам «трактовки».
Написать бы громкий автобиографический незатейливый бестселлер об экзотической стране и не ходить больше никогда на работу. И написала бы, будь моя жизнь полна невероятных поворотов судьбы, фантастических приключений... Но никого не впечатлят мои уютные любимые моменты: мой дачный деревянный домик, детство на Азове, ночи на Фрунзенской, майское свежее утро на ВДНХ. Того момента, когда пришла ясность Боги понимание в нём, буквально доли секунды. Моменты долгожданных встреч с людьми и неизбежностью разлуки с ними. Балашиха, мой вечный Казанский вокзал, республика в Поволжье.
Практически всё можно уместить в абзац. Бесконечное ровное счастье генерирует тишину и пребывает в ней. Ни одной строчки, блять, ни одной.
«Хватит об ощущениях» - говорю я себе, «замути сюжет и сценарий, у тебя же детства есть 2-3- годных идеи!». В 7 лет действительно почти написала книгу за лето – эти смешные каракули пылятся в столе.
«а может, на своем распутье залягу и покроюсь мхом и стану камнем
(не громадой, как часто любим думать мы)
– простым примером, как не надо,
которых тьмы и тьмы и тьмы.»
Вера, уж если ты не верила в себя, что же тогда делать нам всем?..
Это первый текст за 4 года. Буквы плавно и приятно выстраиваются в поток. Мне нравится ритм и процесс. Нравится себя читать.
Но этого мало для возвращения.
tangentwithtanner
amandla
vaporwave
ellievsbear
romaincrisis
