Monterey Bay Aquarium

ellievsbear
ojovivo
noise dept.
cherry valley forever
official daine visual archive
Lint Roller? I Barely Know Her
"I'm Dorothy Gale from Kansas"
art blog(derogatory)
d e v o n

pixel skylines
NASA
wallacepolsom

Product Placement

tannertan36
Aqua Utopia|海の底で記憶を紡ぐ

No title available
No title available
will byers stan first human second
Game of Thrones Daily
seen from United States
seen from United States
seen from United States
seen from United States
seen from United States

seen from Australia
seen from United States

seen from Bangladesh
seen from United States
seen from Germany

seen from Bangladesh
seen from Australia
seen from Australia
seen from United States
seen from United States

seen from United States
seen from United States
seen from United States
seen from United States

seen from United States
@sasha-moskalets
очень тяжело когда все близкие тебе люди не просто очень далеко, но за много лет от тебя. Ты помнишь как ехал на электричке в далекое подмосковье, и какой сочной травой пахло вокруг, а у них уже родители умерли, сменилась пара собак, городов, стрижек. Ты по-прежнему раскрываешь свою душу не здороваясь,
а они далеко за много лет от тебя. Есть ли в этом какой-то смысл?
WANT MORE? ☥ ☯
http://Celestial-crystal.tumblr.com
Если бы "бы" бы бы.
Мне шестнадцать, мы едем с папой на машине, и уже почти подъезжаем к дому. Я говорю ему
Представляешь, мне даже не нужно краситься! Папа, я уже три дня не расчесываюсь и чувствую себя такой СЧАСТЛИВОЙ. Кто бы знал, что означал тот его взгляд. если бы счастье задерживалось бы на подольше, мы все умирали бы в 20, объевшись им. Был бы ли в этом толк?
Если плачет царевна, вянут в саду пионы. Над столицей солнце и дождь пятый день подряд. Что-то воет в лесу одиноко и монотонно. Не везёт рыбакам. В пекарнях коржи горят. Если плачет царевна, мох укрывает камень. Всякий крепкий побег безвольно лежит, как плеть. С гор спускаются злые, угрюмые великаны — подержать на ладони, погладить и пожалеть. Море в гневе швыряет на берег ошмётки пены, огоньки и сирены скрываются в толще вод. Если плачет такой, как я, то во всей вселенной не случается ничего. Дана Сидерос
если жить невыносимо - остается слушать скримо =/
Can you tell from the look in our eyes? We're going nowhere We live our lives like we're ready to die We're going nowhere
Ты меня не догонишь, друг. Как безумец, в слезах примчишься, а меня — ни здесь, ни вокруг. Ужасающие хребты позади себя я воздвигну, чтоб меня не настигнул ты! Постараюсь я все пути позади себя уничтожить, ты меня, дружище, прости!.. Ты не сможешь остаться, друг... Я, возможно, вернусь обратно, а тебя — ни здесь, ни вокруг.
moj Bog mne vse prostit.
Не то чтобы меня это сильно беспокоило.
Но если не вдаваться в подробности, ощущение близкое к тому, будто меня закопали заживо.
Если быть точным, я практически чувствую во рту землю.
Начать стоит с того, что я люблю дреды, и с крайней терпимостью, если не сказать очень доброжелательно отношусь к ухоженным полным людям. Но вот чего я не могу взять в толк. Почему, ну почему любая умеренно некрасивая или толстая, или некрасивая и толстая, возможно еще и лишенная даже самых заурядных мозгов девушка, после заплетения локов и покупки бейсболки автоматически становится свэг и фабьюлос? Неужели хуже виден кошмарный нос, непропорциональные черты лица, жир на боках и жуткие ляжки, тесно обтянутые лоссинами? Не то чтобы мне разрывало мой благородный зад от этой досадной ситуации, но я окончательно перестаю понимать этот странный мир, вот что. Квадратные очки и выбритые виски в сочетании с клеткой и чем-нибудь винтажным или просто старым, делают тебя классным хипстером, и уже никому не важно, что еще вчера тебя звали Петя а не Пьер, и что за милую душу съедал бабушкины котлеты, а сегодня вешаешь на себя табличку "GO VEGAN". Красивые люди, они и в Бутово красивые люди. В чужой одежде, в любой ситуации, при любых обстоятельствах. Потому что дело не в дредлоках, не в клетчатых рубашках, не в количестве картинок на теле, и уж точно не в бейсболках.
Мне двенадцать лет, мы сидим на трубе рядом с речкой, громко квакают лягушки, пахнет мятной жвачкой и чистыми волосами. Задержись на мгновение, я хочу здесь остаться.
И смотреть - не насмотреться, и дышать.
Очень странно и характерно, что теперь я хоть и силюсь испытать какие-нибудь чувства по отношению к любому своему прошлому, плохие или хорошие, как-то не выходит. Может оно и к лучшему.
Память бы попрочней.
Вот я еду на багажнике велосипеда, вот я слушаю свой старенький айривер, вот уже станция.
Вот еще пол часа - и я ненавижу Подмосковье.
Чтобы объехать на роликах школу, требуется пять минут.
Мне четыре года, бабушка крепко держит меня за руку, мы идем. Куда мы идем, я, конечно же, не помню, но на ней было серое пальто в белую и черную крапинку, и красивый шелковый шейный платок. Мы встречали ее знакомых, на вопрос как меня зовут, я говорила "Алисада", а сколько лет - показывала, конечно, на пальцах. На первом этаже жить всегда очень холодно. По полу гуляют сквозняки, из щелей в окнах дует холодный воздух. Большой серый диван, и страшный, связанный крючком лев, висящий на двери. Запах голубцов, холодца, и вареников с вишней. У дома под крыльцом живет сиамский котенок. Все говорят, сиамские кошки злющие, но мы подружились. Всего через один год, кошку уже назовут Алисой, и она меня даже не узнает, когда я приеду следующим летом, зашипит и спрячется в своем новом доме на третьем этаже, а я заплачу. Как-то я забралась на высокое дерево, и не могла слезть. Нас было трое - младших детей. Я, и брат с сестрой, я не помню, как их звали. Помню зато Кристину. У нее были белые короткие волосы, она была высокой, и у нее были разные глаза: голубой и карий. Тогда мне казалось, это уродство. Она была старше меня года на три, но ей, кажется, не было до этого дела, доставалось мне огого. От нее не очень вкусно пахло, и мы все знали, что ее мать - алкоголик. Когда я вдруг попадалась в плен, мы дрались недолго, но очень старательно, а потом я говорила, что упала с качелей. Иногда она говорила мне по-товарищески, что никогда нельзя сдаваться, и сражаться нужно до последней капли крови, и никак иначе. Нашла рыжего слепого котенка у дороги, и весь день протаскалась с ним. Нас облаяли все соседские собаки, но куда я его в итоге дела - я не помню. Мне тринадцать, я приехала туда в последний раз. На мне короткая юбка, туфли, белые гольфы, и длинные белые волосы, и я до кончиков моих рогов и острия моих копыт - девочка. Я задираю голову наверх, с шестого этажа на меня смотрит знакомое разноглазое лицо. Из подъезда выносят шкаф, рядом стоит грузовик. Бабушка говорит, они переезжают. На минуту мне показалось, что это из меня выселили всех жильцов и вывезли мебель. Через час я уже отказывались от тушеной капусты и холодца. Холодец я до сих пор не переношу.
Трубы Диалог Зима Тепло и стекло вата
Очень много ветвистых коряг, покрытых водорослями, быстрое течение, и запах травы и дыма.
Маленькие рыбки и жуки водолазы?
Конькобежцы?
Скользящие-по-воде?
Как их называют, жуков этих.
У меня длинные, выжженные солнцем волосы и лето длинною в жизнь. Соседская собака по имени Ричи, безлимитные кусты красной смородины, черные леггинсы со странным узором, и жареная на костре картошка. Песок набивается в плавки, Силена и Черри в плетеной корзинке, живые и рядом. Живые Живые Живые Живые
осень похожа на поле из бомб и мин только когда просыпаешься в ней один если вас в ней просыпается целых двое осень - совсем другое. октябрь12