Сначала расскажу страшную историю.
Прилетел в Борисполь парень из Ирана. И со всеми своими чемоданами, пакетами duty-free и встречавшей украинской возлюбленной, отправился снимать квартиру, которую нашла им риелтор.
На месте оказалось, что хозяин квартиры не собирается подписывать классический договор об аренде, у него есть свой договор. Из которого следует, что у жильцов нет прав, а только обязанности. Риелтор покачала головой, но ребятам нужно срочно где-то поселиться. Ок, давай свой договор, скряга. И тут новый сюрприз: хозяин отказывается фиксировать на бумаге факт получения денег. Сумма 16000 грн (первый и последний месяц) не маленькая. Хозяин сильно боится налогов и разглашения инфы о том, что зарабатывает на квартире. Топает ногами, дергает руками, деньги взять хочет, а подписаться под этим действием – ни в какую. Риелтор поступает благородно и безрассудно: посылает нафиг хозяина квартиры и пускается на поиски вместе с клиентами. Кстати, возраст у этих влюбленных арендаторов, чуть старше 18-ти лет.
У нас в тот день была серьезная групповая работа: чтобы помочь коллеге без компьютера, мы обзванивали подходящие варианты в базе, уламывали хозяев на иранца с девушкой и отправляли координаты. Поселились почти ночью. Совершенно счастливые и благодарные. В какую-то «по-багатому» несуразную квартиру. Коллега была энергетически опустошена, зато орендаторы – светились. Happy End.
Недавно в описании квартиры наткнулась на вот что: «Сквозное проветривание с балконом. Паркетный пол. Чехословацкая мебель. Вытяжка на кухне.» Ну, думаю, такие слова, да еще и паркет и Чехословакия – это даже не бабушкина квартира, а прабабушкина. Угадала. )
Меня удивляет, что людей удивляет, когда я помню о них. И когда поздравляю с найденной самостоятельно квартирой и желаю им там хорошо жить. В ответ слышу растерянные радостные пожелания.