Dr. Henry Adderley is a general practitioner from England. He is a specialist in his profession, and therefore his services are in demand. One day, he is lucky enough to go to America for work, but when he is ready to agree to the initial conditions, they are suddenly changed. His new acquaintance offers him another opportunity to show himself and do a lot of useful things for people. What will Henry's kindness turn out to be?
This is a story about inevitability. Each person is initially destined for their own fate, which they cannot change.
I am Henry Adderley, an English doctor. In two days I am flying to North America, where I will stay for a couple of weeks. The trip there will be long, because the plane ride will take more than seven hours. I started keeping a diary so that I could later tell everything in detail to my dear Lucille, who would remain in England and would be waiting for me at home. I live with my sister because I haven’t found a wife. My profession leaves almost no time for myself and my family; not every woman will agree to endure this for the rest of her life. And even after thirty years, work takes first place. Well, I'm going off topic. Just two days and I will leave this house. After so many years I could have gotten used to it, but every time I worry like the first time that nothing bad happens in my absence. I'm sure Lucille will cope without me. She may no longer be a little sister who needs to be taken care of, but I still worry about her just as much.
It is now a dark and gloomy night outside. The eyes close. Of course, I need to get some sleep before a long journey, but insomnia has been tormenting me for several years now. I know that this won’t lead to anything good, but I can’t force myself again, in almost pitch darkness, mindlessly looking at a slightly shabby wooden wall, in a vain attempt to sleep, I can’t and absolutely don’t want to. My sister will be angry again if she suddenly wakes up and realizes that I’m not sleeping, but that’s okay, she’ll quarrel a little and calm down, as always.
The black round lamp on my desk flickered, plunging the room into darkness for a second. I tiredly rubbed the bridge of my nose, took off my glasses, carefully placed them on the table and turned off the yellow light, which was unpleasant for my tired eyes. The small space of my modestly furnished room was now illuminated only by rare glimpses of lights coming from cars passing by the house and lonely lanterns standing by the road, which sadly bowed their “heads” over the roadway, creating an even more dull atmosphere and completely spoiling my mood. With the saddest and most depressing thoughts, I still forced myself to get up from the table - while the old chair creaked unpleasantly, cutting through the cozy silence of the night - and lie down on the soft bed, lowering my head on the pillow. To my surprise, I almost immediately felt myself falling into sleep. Apparently, keeping a diary did me good, and specifically, it helped me sort out my thoughts and calm my agitated mind.
21 August.
All things are collected in a suitcase, which stands motionless by the door in the hallway and waits until I deign to leave my room, say goodbye to Lucille, take it and leave for the airport. Maybe I’m unnecessarily annoying myself with empty speculation, but I’m gnawed at from the inside by a very, very bad feeling. I'll come back to the diary later when I have some free time.
So, I took in more air into my lungs, trying to calm down, and still left the room. Lucille was already humbly waiting for me on the porch, smiling sweetly. As I approached, she threw my favorite brown coat, which I have been wearing for years, over my shoulders. I kissed her on the cheek, took a heavy black suitcase and got into the car. I’m lucky that I live close enough that I can get to the airport in about ten minutes by taxi.
I boarded the plane exactly at the appointed time, took my seat by the window, behind which it was beginning to get dark, took off my heavy coat, because it was warm in the cabin without it, and put my suitcase at my feet, and then took out a book from it. It was “A Study in Scarlet” by Arthur Conan Doyle, which I re-read over and over again, sincerely enjoying the exciting plot. Immersed in my favorite story, I did not immediately notice that a young couple sat down next to me. The girl looked about twenty-five years old, and her boyfriend was about thirty, it seemed to me. They were excitedly discussing something, if I understood correctly, they were talking about the upcoming wedding. Her voice was slightly squealing, unlike her partner’s, from which I concluded that the girl was much more worried about this than her future husband. I involuntarily smiled at her cheerful behavior, she looked very happy. The thought occurred to me that maybe everything wasn’t so bad and I was worrying in vain? But as soon as I relaxed and put the book down, the plane made a sharp maneuver to the side, and a glass bottle with a dark brown liquid, which a minute earlier the man had placed on the table, overturned right onto my coat, which lay peacefully on my lap. My fellow travelers instantly fell silent, the girl covered her mouth with her hands in fear. I sighed. Well, of course, everything couldn’t go without incident! I slowly got up from my seat and, without saying a word to them, went to the restroom. The stain was quite large, but I decided that I still had a lot of time and I could wash it off. By the way, I spent at least half an hour on this activity, and when I returned to my seat, I had to listen to numerous apologies from my fellow traveler. Of course, I am very grateful to her for the attention she received, but I was not in the mood at all, so I calmly assured her that nothing bad had happened and that I was not angry with them at all. I didn’t hear a word from the man.
I slept for the last hour of the flight, holding my almost dry raincoat to the glass.
August 22.
Now that I have the opportunity to continue, I will write down how this day went. New York greeted me with the noise of passing cars and the beauty of high-rise buildings. Every coffee shop exuded coziness. Lively streets, people scurrying everywhere. This is a city of hustle and bustle. It charmed with its unique atmosphere: it managed to delight with its grandeur, beauty and at the same time surprise with the comfort of stay, the kindness of the locals. Yes, the society here turned out to be very diverse, but the hospitality of all the people was a pleasant surprise. In a couple of hours I checked into the hotel and walked around the neighborhood. Well, as neighborhoods... I managed to make the acquaintance of a pretty nice girl while I was buying coffee. I decided that from now on I would only come here, because Emma turned out to be a good conversationalist and an excellent barista, and the cafe where she worked was located not far from the hotel where I checked in. My favorite latte macchiato was as amazing as always. I walked aimlessly along one of the alleys. Frankly, the row of trees and clean paths make a good impression. I think I should definitely go back there again. I even envy a little people who can afford to walk there with their dogs every day. Watching these cute and frisky animals run is a real pleasure! Having already gotten up from the bench to go further, I suddenly felt a light touch on my shoulder and turned around. Blue eyes, hair with a reddish tint. We froze opposite each other, not believing our eyes. I did not expect to meet him here...
— Henry! How I felt it was you! We haven't seen each other since graduation!
I remembered that Matt was always very emotional, so I was not surprised that he was all glowing with joy. I patted him on the back, greeting him, and smiled too. After all, we were friends. Our friendship was cooled by seven years of separation. He left London then, we rarely wrote to each other, and both were more concerned with their careers than maintaining communication. I didn’t know who he had become in the end, and this was a good opportunity to ask interesting questions.
— Nice to meet you. Do you live here or are you just stopping by for work?
Matt’s face changed a little, apparently he didn’t expect me to start with this, but he answered simply and clearly:
— I do. England with its frequent rains seemed too gray to me.
I generally agreed with him, but I still wasn’t going to move. London reminded me of my childhood, when my parents were still alive, and I played football with the neighborhood kids.
— You’re passing through, right? — Matt asks to keep the conversation going.
I nod:
— Work. By the way, would you like to walk me home? This is my first day here, I haven't had a chance to see the city yet.
He agrees, somewhat confused, and I give him the address.
The asphalt under my feet seems unusually clean for a big city. Not yet withered, recently mown bright green grass grows along the edges and goes somewhere deep into the park. A silence hangs between me and my friend, which, unfortunately, I can't call comfortable, but it doesn't bother me either. Matt seemed to have gotten into the atmosphere of this place and didn't mind my prolonged silence. Beginning to realize my unreasonable coldness towards him, I find myself momentarily seized by the desire to maintain communication with this person close to me, but this mood is quickly knocked down by the understanding that over so many years we have both changed. Me for sure. He — maybe.
— I have had a different phone number for several years now. Maybe you can write it down? — Matt suggests, and I don’t refuse. — I’ll wait for you to tell me later what kind of job you have.
He smiles so sincerely and radiantly, like in the old days, and I even feel sad that we haven’t talked for so long. How I’ve missed him.
The main building of the central hospital greets me with coolness from the fans and bright lighting. The girl at the reception shows me the way, after I explain who I need to see.
Mr. Hill is a man of average height with short brown hair and a forced smile. When talking, he actively gestures with his hands and often raises his voice to a screech. This man is responsible for my stay here. I can’t call him a boss, because I work for myself, but he is responsible for my accommodation and arrangements. So to speak, one word from him — and almost all roads are open to me. This is certainly useful, but I am not thrilled with his company. Our conversation quickly gets down to business. My presence here is necessary because there is a war going on, which has sent most of the citizens to the front, including professional doctors. Due to the shortage of people, I will have a busy schedule, but this is compensated by a decent salary and the fact that there is no need to pay for a hotel rented for me, it is not my concern. Mr. Hill is listing some of the clients who want to see me, mainly those with serious mechanical injuries requiring surgical intervention, when his speech is interrupted by a phone call. His face twists in disgust when he hears what his interlocutor is saying.
— Reschedule the meeting with her. Say anything, just to make her go away! - there are hysterical notes in his voice, - No, now is not the right time, I'm busy, very busy. The one who came to us... But... — his eyes widen, and his expression becomes like a pitiful one. — Got it.
He hangs up the call and slams the phone down on the glass table. Without explaining the scene that I involuntarily witnessed, Mr. Hill abruptly and unexpectedly changes the subject:
— Nelson will be glad to see you in this same office tomorrow at one o'clock. Something has changed, - he sighs. — He will tell you himself. That's all.
I politely say goodbye, surprised by this turn of events, and leave the office. Well, I think the above-mentioned person should give me the answers to my questions.
August 23.
It was unusual to wake up without an alarm clock on a weekday. The thin curtains easily let in the sunlight, while the noise from the cars penetrated even through the closed windows. This day promises a lot. The wristwatch showed almost exactly eleven o'clock. Two hours to spare... Not bad. Coffee first, I decided. A few minutes on the road and I was already making an order, then smilingly discussing the news with Emma.
— Can you imagine, — she exclaims enthusiastically, waving her hands. — And I got into the university I’ve been dreaming about since school!
— Congratulations! — I smile, sincerely happy for her, but find it a surprise for me that she’s still studying.
— What’s wrong?— Emma asks in bewilderment, and her outstretched hands with coffee and a packaged donut freeze in front of me.
Is my surprise that obvious?
— So you’re still studying…
— Well, yes, — she smiles as if there was a small, silly child in front of her, and I really feel like one.
— You look just like an adult, — I answer quietly, switching my attention to the cup and bag clutched in her fingers.
— I’ll take that as a compliment.
I nod, take my order and leave the cafe. The next destination is a bench in that very park. I was going to have breakfast in a quiet atmosphere.
Closer to the appointed time, I approach the right office and decide to just wait the remaining ten minutes, but almost immediately the door opens and a man of about fifty looks out of the doorway.
— I saw you through the window, — he smiles good-naturedly and gestures for me to come in. — Thank you for your visit.
— Nice to meet you too, mister…
I sit down on a soft armchair. He places a chair not far from me and sits down, crossing his legs.
— You can just call me Nelson. I can call you by your first name, right? - asks the new acquaintance and after my consent he immediately becomes more serious, — Circumstances have changed a little, Henry. You must know what is happening in the world. Things are not easy for all of us now, and troubles continue to pour out like from a cornucopia. I hope you will not be offended by this turn of events, but you are needed outside the city, in one of the nearby villages. The journey will take several hours, it is a remote area, but there is a sparse population. God-forsaken place... — he throws a somewhat sympathetic glance at me. — Of course, I have no right to force you, but you seem to me a kind person and not spoiled by fame.
— What prompted such thoughts? — I ask, catching on to the last sentence.
A smile spreads across his face again, but this time I can’t interpret it in any way.
— Anyone else would thank me and would undoubtedly confirm these words for their own benefit. Henry, — Nelson continues, returning to the point. — I need your help. I could find someone else, but something tells me that you will not refuse due to your sweet nature.
I was confused by his confidence, because it is impossible to fully understand a person when you are in the same room with him for ten minutes at most, but this time I did not try to refute anything. Perhaps he is bluffing to get what he wants, but his whole honest, open image, the small wrinkles in the corners of his eyes, his sincere smile and the barely noticeable gray hair at his temples inspire confidence. I guess I can compare this man to an old wolf, who may have been clever and scary before, but is now tired of his past, has taken up his usual routine, and instead of hunting rabbits, gives them tours of his domain.
— What do you say? — his voice suddenly sounds very close, and I discover with shame that I missed everything he told me.
Nelson, I am sure, noticed this, but did not show any negative emotions, still smiling at me as if I were his friend, and began again:
— I have not yet told you why exactly you are needed there. It is clear that you will simply be a doctor, but there is something else. I have already said that we are going through difficult times. Before you, one of the servants of the law worked in that village, but then he resigned. It seems for family reasons. I decided to take you myself because I need to meet him. His name will not mean anything to you, and you will meet later. He was in charge of the case there until he gave it all up. You know, — he prolonged the pause, apparently unintentionally. — I would like you to know what I am dragging you into. Just listen. I decided not to interrupt, concentrating on the words.
— This is serious. Something happened; I don’t know all the details, because I haven’t seen anything myself yet. People started disappearing. Lots of victims. The authorities blame it on wild animals, but this explanation never had a chance of being true. I have a personal request for you, Henry.
He moves his chair closer to me and instantly becomes serious.
— I ask you to find a man named Narell and find out from him what’s going on. Because something tells me he’ll send me away as soon as I approach.
— Is this someone you know?
— A former friend.
I nod understandingly.
— Thank you. You will be very helpful. Well, I think that's all for now. You don't have to worry about the payment, the amount will suit everyone, we can discuss it later over the phone. Please forgive me, but there is a meeting in five minutes and I can't miss it.
He pats me on the shoulder a couple of times, we say goodbye, and I leave, left, I must admit, under the impression.
The rest of the day passes as calmly as possible. In the evening, as agreed, I called Nelson. An amazing and unusually pleasant person. Despite the occasional sly notes, he speaks directly and clearly, immediately devoting himself to all the details and explaining where questions may arise. We agree on the same time as today. All that remains for me to do is repack my things in bags and mentally prepare myself for another trip.
August 24.
It's time to say goodbye to the comfortable hotel. Well, I agreed myself. Yesterday I bought everything I needed, walking around a couple of local stores. I don't know how long I'll stay like this. According to the contract, I have 14 days. Not that long, and it's not known how long I'll be stuck in that wilderness. Maybe I'll even like it. Nature, after all.
We met Nelson again at a less businesslike stop in that cafe.
— It's nice to know that someone shares my taste preferences, — he told me when we almost accidentally bumped into each other.
— I'm glad to see you too, — I admitted honestly, even encouraged by such a meeting.
— We're on first-name terms, Henry.
There was still half an hour left before the appointed time, but that didn't bother either of us.
— I decided to come here to have a cup of coffee before you arrived, but you're no slouch either, you surprised me, — Nelson stirred the sugar evenly, not taking his eyes off me.
— Is it surprising that I also like coffee?
— I dared to assume that you liked tea better. I even thought it was green. I'm usually not wrong.
My eyebrows rose, and a slight smile played on my lips.
— Everyone loses sometimes, — I had to hide my chuckle behind a paper cup, taking a sip.
— Got you. I see that the morning has started off well. I hope I didn't ruin your time with my company.
— I don't mind at all, — I responded cheerfully.
— If it's convenient for you, we can leave earlier. By the way, would you mind if we went in my car? I'd also like to see what's going on there.
— As you say. I have my things packed.
— Lots?
— Not very.
— That's good, — he said thoughtfully.
Nelson finished his coffee and threw away his empty cup; I followed his example. We went up to my room together, I took my suitcase, he offered to carry my bag. At the guard station, I handed him the keys and went outside, while Nelson put my bag in the car and waited for me, leaning against his Volkswagen Passat and twirling the keys between his fingers, on which hung a metal keychain in the shape of... a star? Well, that's funny.
As I had already understood, he was not averse to showing off sometimes, so he watched my reaction to his car with a smug smile. And his choice of clothes spoke only the best for him. Not devoid of boastfulness, but moderately proud, Nelson was confident and knew his own worth. My respect.
— Have a good trip! — he said with a smile when I also settled into the seats. — Do you have any preferences in music?
— No.
— I'll take you at your word. Then don't complain if you don't like something.
The songs on the radio were playing randomly. I looked out the window and didn't really remember where we were going. Maybe I should have. For a long time, the apartment buildings gave way to smaller houses; then they disappeared altogether - they were replaced by trees, bushes, and signs warning about moose. About halfway there, I fell asleep, leaning against the glass. Through my sleep, I heard Nelson turn down the music.
He woke me up when we arrived. Opening my eyes, I didn't immediately realize where I was. This place didn't look much like the promised village. Tall grass, not a soul around.
— Let's go further, we won't be able to drive through, — Nelson explained.
Not knowing anything about this area, I obediently followed him along a slightly overgrown, unpaved road. Soon we came to a clearing where several two-story houses were visible. Nelson walked confidently behind them along a barely noticeable path, so much so that I could barely keep up with him.
— Where are we going? — I asked, noticing that we were moving further and further away from the original place.
— Remember, I was talking about one person?
Soon we came to a hill, where a fire was lit in the clearing ahead, and a little further by the water there was a tall man, and, as far as I understood, he was fishing. Nelson pushed me in the back, and I went down to the water. But before I could even say hello, Narell himself began the conversation:
— Are you the doctor who voluntarily, out of the kindness of his heart, — he grinned. — Decided to come to this backwater?
— That’s right, — I was a little taken aback by such straightforwardness.
— Welcome, — undiluted sarcasm.
The man didn’t even turn in my direction — he was so sure of his rightness. And then he turned to Nelson, who instantly tensed up:
— And why did you bring him to me?
— You’ll die here completely if I sit here with my hands folded.
— Why do I need him, I ask?
Narell finally turned around and looked at me as if I was the cause of all his troubles.
— I have everything under control and I don’t want anyone else poking their nose into our affairs.
That was pretty rude.
— I understand why you react to me like that, but I doubt that you have “everything under control”, because you definitely don’t! A lot has happened here in the last month, especially bad things, and I, like Mr. Nelson, cannot ignore it, — I said firmly.
— Are you a doctor or an investigator? Your job is to treat people, I’ll take care of the rest.
Narell sighed and continued, not taking his eyes off me:
— Since I can’t send you both away, tomorrow we’ll need to go to the victims. Any other questions?
— If you can handle everything yourself, as you’re trying to convince us, then why can’t you solve this problem too?
— Shut your mouth.
I was taken aback for a second by this, and even Nelson didn’t interfere, although he was clearly unhappy with how the conversation went.
— I’m afraid to ask, — I began carefully, but was interrupted.
— Then don’t ask, doctor, — he emphasized the last word with his voice, as if indicating my place.
Not intending to tolerate this, I left this place without saying another word to him. I don’t know where exactly I was going, I didn’t even turn around when Nelson called out. Tomorrow after lunch. Okay. Let it be as he says. I’ll finish this and never see him again.
Later Nelson found me by the car. He apologized for what happened, helped me move my things to my new place of residence and left.
It’s getting on with the evening. Now I’m in what I must admit is a rather cozy house in the middle of the forest. In this place, each building is separated from the others by at least one hundred and fifty meters. The house that was given to me includes one room and a fairly spacious kitchen. Fortunately, it was very clean and dry inside, with the exception of the stairs to the second floor, which, like the steps at the threshold of the house, were a little rotten, and moss was visible on the walls at the back of the house. Otherwise, I have nothing to complain about. The nature here was, as I had imagined, magnificent. To begin with, I strolled out of the house and sat down on a bench worn by time. It seemed to have scratches from someone's claws on it. Probably the previous owners had a dog or some other animal. Tearing myself away from the boring examination of the wood, I looked up at the view that opened up to me. I am not exaggerating at all when I say that the flora here is charming. Broadleaf trees of a rich green color grew along the entire perimeter. At almost any time of the day you could hear the singing of birds, of which there were many different species in the area. Before dark, I managed to walk around the vast territory to unwind, and this helped a lot.
August 25.
The wall clock showed 04:16. The phone lay alone on the wooden nightstand by the bed.
I tiredly rubbed my eyes with my hand. Usually I used a flashlight so as not to make my way around the house in the evening by touch, trying not to bump into anything. I didn’t want to turn on the light. The instant coffee in the mug with a funny white cat had long since cooled down and now stood sadly, completely forgotten by me. For the last ten minutes, the book lying on my lap remained motionless. I stubbornly tried to read the text on the page that was in front of my eyes, but my brain simply refused to perceive the information, constantly returning my thoughts to that dialogue. The fact that something was fishy here was clear even without my guesses and conjectures. I took a deep breath, calming down. The main thing for me now is not to lose face in front of Narell, so I must be unperturbed and, as he said, do my job well. And I will deal with the rest without his knowledge and control. And what could he do to me? Really, and what was I afraid of? I need to rest until about ten o'clock so as not to look too bad. I returned to the second floor, leaving everything as it was. The penultimate step creaked ominously, which sent a chill down my spine and I hurried to hide in the room. It was eleven o'clock when I opened my eyes again and immediately screwed them up from the bright light that was pouring in a continuous stream from the window. I overslept a little, but nothing terrible. Getting up from the soft bed, I felt a pleasant lightness in my whole body, which I hadn't felt for a long time. I slept well! Great news. I think the day promises to be good. After water procedures, I got dressed and went down to the kitchen. In a couple of sips, I finished the bitter coffee, because it was a pity to spill it, and quickly prepared hot sandwiches with sausage and egg.
In fact, I had just finished my meal, turned off the gas stove and washed the dishes when my guest appeared on the path leading out of the village. He greeted me dryly and shook my hand. I noted to myself that he spoke calmly and clearly, and that his voice was deep and a little hoarse. Now that I had the chance to meet him face to face in a calm environment, I can say that he was very attractive in appearance for his age. A man of about thirty-seven with dark, straight, shoulder-length hair that was very tangled in some places, dressed in a simple white shirt, the first three buttons of which were casually unbuttoned, and loose black trousers. If I were to describe his face, it is worth noting that he had dark green eyes, a nose with a slight hump and thin lips that had never stretched into a smile in my presence. His hands were rough, from which I concluded that he often did hard work. Perhaps he has a family here that he is worried about. This picture made my chest warm. Maybe I was wrong to slander him, and Narell is not so bad. But with his next phrase he dashed all my hopes for friendship with him:
— Stop smiling, it looks terrible! — he said with feigned disgust.
An intolerable person, and a rude one at that. Apparently, my thoughts were clearly reflected on my face, because then Narell condescendingly patted me on the shoulder and told me not to sulk.
Было непривычно просыпаться без будильника в будний день. Тонкие шторы легко пропускают солнечный свет, пока шум от машин пробивается даже сквозь закрытые окна. Этот день многое обещает. Наручные часы показывали почти ровно одиннадцать часов. Два часа в запасе… Неплохо. Первым делом кофе, решил я. Несколько минут на дорогу и я уже делаю заказ, после с улыбкой обсуждая с Эммой новости.
— Представляешь, — восторженно восклицает она, взмахивая руками. — А я в университет поступила, о котором ещё со школы мечтала!
Я через чур громко вдыхаю, поднимаю на нее взгляд и пытаюсь разглядеть в ней что-то, что раньше не видел. У нее вытягивается лицо и брови поднимаются вверх, когда она смотрит на меня после этого.
— Что-то не так? — спрашивает Эмма с недоумением, и ее протянутые руки с кофе и упакованным пончиком замирают передо мной.
— Так ты ещё учишься…
— Ну да, — она улыбается, будто перед ней маленький глупый ребенок, и я правда чувствую себя таковым.
— Выглядишь, прямо как взрослая, — тихо отвечаю, переключив внимание на зажатые в ее пальцах стаканчик и пакет.
— Сочту за комплимент.
Ее кокетливо прикушенная губа притягивает взгляд, и в следующее мгновение передо мной оказывается бумажка с номером телефона и нарисованным в конце маленьким сердечком.
— Позвони вечером.
Я как то заторможенно киваю, даже не расслышав, что она сказала, поспешно забираю кофе и ухожу с чувством, что проиграл это небольшое сражение. Бумажка с номером уходит ко мне во внутренний карман пиджака. Я уже знаю, что не позвоню, но выкинуть не решаюсь. Это был милый жест с ее стороны.
Следующий пункт назначения — лавочка в том самом парке. Я собирался позавтракать в спокойной обстановке.
Ближе к назначенному времени я подхожу к нужному кабинету и решаю просто подождать оставшиеся десять минут, однако почти сразу дверь открывается и из дверного проема выглядывает мужчина лет пятидесяти.
— Я вас в окно увидел, — добродушно улыбается он и жестом приглашает меня войти. — Благодарю за визит.
— Я тоже рад встрече, мистер…
Я опускаюсь на мягкое кресло. Он ставит недалеко от меня стул и садится, закидывая ногу на ногу.
— Можно просто Нельсон. Я же могу звать тебя по имени? — спрашивает новый знакомый и после моего согласия сразу становится серьезнее, — Обстоятельства несколько поменялись, Генри. Ты, должно быть, знаешь, что происходит в мире. Нам всем сейчас не просто, а беды продолжают сыпаться, как из рога изобилия. Надеюсь, ты не будешь оскорблен таким поворотом событий, но ты нужен за городом, в одной из близ лежащих деревень. Дорога займет несколько часов, там глухая местность, но скудное население есть. Богом забытое место… — он кидает на меня несколько сочувствующий взгляд. — Конечно, я не в праве тебя заставлять, но ты кажешься мне человеком добрым и не испорченным славой.
— Что же натолкнуло на такие мысли? — интересуюсь, зацепившись за последнее предложение.
На его лице снова расплывается улыбка, но на этот раз я не могу ее никак интерпретировать.
— Любой другой бы поблагодарил меня и без сомнений подтвердил эти слова для своей же выгоды. Генри, — продолжает Нельсон, возвращаясь к сути. — Нужна твоя помощь. Я мог бы найти другого, но что-то мне подсказывает, что ты не откажешься в силу своей милой натуры.
Меня смутила его уверенность, потому что невозможно полностью понять человека, находясь с ним в одном помещении от силы пятнадцать минут, но на этот раз я не стал пытаться что-то опровергнуть. Возможно, он блефует, чтобы получить желаемое, но весь его честный, открытый образ, небольшие морщинки в уголках глаз, искренняя улыбка и едва заметная седина на висках внушают доверие. Наверное, я могу сравнить этого человека со старым волком, который раньше, может, и был ловким и устрашающим, но сейчас устал от своего прошлого, занялся обычной рутиной и вместо охоты на зайчиков проводит им экскурсии по своим владениям.
— Что скажешь? — неожиданно раздается его голос совсем рядом, и я со стыдом обнаруживаю, что прослушал все, что он мне говорил.
Нельсон это, я уверен, заметил, но никаких отрицательных эмоций не показал, все так же улыбаясь мне, как своему приятелю, и начал заново:
— Я ещё не говорил тебе, зачем конкретно ты там нужен. Понятное дело, что ты будешь просто как врач, но есть ещё кое-что. Я уже говорил, что время у нас нелегкое. До тебя в той деревне работал один из служителей закона, но потом подал в отставку. Кажется, по семейным обстоятельствам. Я решил отвезти тебя сам потому, что мне нужно будет встретиться с ним. Его имя тебе не о чем не скажет, да и вы сами познакомитесь позже. Он вел там дело, пока не бросил все. Знаешь, — он затянул паузу, кажется , ненамеренно. — Я бы хотел, чтобы ты знал, во что я тебя втягиваю. Просто послушай.
Я решил не перебивать, концентрируясь на словах.
— Дело нешуточное. Что-то произошло; не знаю всех подробностей, потому что сам ещё не видел ничего. Стали пропадать люди. Много пострадавших. Начальство списывает все на диких животных, но это объяснение изначально не имело шансов оказаться правдой. У меня есть личная просьба к тебе, Генри.
Он пододвигает свой стул ближе ко мне и вмиг становится серьезным.
— Я прошу тебя найти человека по фамилии Нэрелл и выяснить у него, что происходит. Потому что, что-то мне подсказывает, меня он пошлет, как только я подойду.
— Это ваш знакомый?
— Бывший друг.
Я понимающе киваю.
— Благодарю. Ты очень поможешь. Ну, думаю, на этом пока все. На счет оплаты можешь не беспокоиться, сумма устроит всех, это можно обговорить позже по телефону. Прошу меня простить, но через десять минут совещание и я не могу его пропустить.
Он пару раз хлопает меня по плечу, мы прощаемся, и я ухожу, оставшись, стоит признаться, под впечатлением.
Остаток дня проходит как нельзя спокойнее. Вечером я, как и договаривались, созвонился с Нельсоном. Удивительный и на редкость приятный человек. Несмотря на изредка проскальзывающее хитрые нотки, он говорит прямо и понятно, сразу посвящая во все детали и поясняя то, где могут возникнуть вопросы. Мы договариваемся на то же время, что и сегодня. Мне останется только заново собрать вещи по сумкам и морально приготовится к ещё одной поездке.
24 Августа.
Пора прощаться с комфортным отелем. Ну, что ж, я сам согласился. Ещё вчера я докупил все необходимое, пройдясь по паре местных магазинов. Не знаю, насколько я так задержусь. По контракту, у меня есть 14 дней. Не так уж и долго, да и не известно, насколько я застряну в той глуши. Может, мне даже понравится. Природа всё-таки.
Мы снова встретились с Нельсоном уже в менее деловой остановке в той кафейне.
— Приятно знать, что кто-то разделяет мои вкусовые предпочтения, — сказал мне он, когда мы случайно чуть не столкнулись.
— Я тоже рад вас видеть, — честно признался я, даже приободренный такой встречей.
— Мы на «ты», Генри.
До назначенного времени было ещё полчаса, но это никого из нас не смущало.
— Я решил зайти сюда, чтобы до твоего прихода выпить кофе, но и ты не промах, удивил, — Нельсон равномерно размешивал сахар, не сводя с меня взгляд.
— Разве удивительно, что я тоже люблю кофе?
— Я смел предположить, что тебе больше нравится чай. Думал даже, зелёный. Обычно я не ошибаюсь.
Мои брови приподнялись, а на губах заиграла лёгкая улыбка.
— У всех бывают проигрыши, — пришлось спрятать смешок за бумажным стаканчиком, делая глоток.
— Подловил. Вижу, утро хорошо началось. Надеюсь, не испортил тебе времяпровождение своей компанией.
— Я нисколько не против, — тут же весело отозвался я.
— Если тебе удобно, можно и пораньше выехать. Кстати, ничего, если поедем на моей машине? Мне тоже бы глянуть, что там да как.
— Как скажешь. У меня вещи собраны.
— Много?
— Не очень.
— Это хорошо. — задумчиво произнес он.
Нельсон допил свой кофе и выкинул свой пустой стаканчик; я последовал его примеру. Мы вместе поднялись в мой номер, я взял чемодан, он вызвался понести сумку. На вахте отдал ключи и вышел на улицу, Нельсон тем временем убрал мою сумку в машину и ждал меня, облокотившись на свой Volkswagen Passat и крутя между пальцев ключи, на которых болтался металлический брелок в виде… звёздочки? Что ж, забавно.
Как я уже понял, ему было не чуждо иногда показать себя, так что он с самодовольной улыбкой наблюдал за моей реакцией на его машину. Да и выбор одежды говорил за него только самое лучшее. Не лишенный хвастовства, но в меру горделивый, Нельсон был уверенным и точно знал себе цену. Моё уважение.
— В добрый путь! — с улыбкой сказал он, когда я тоже устроился на сидениях. — Есть предпочтения в музыке?
— Нет.
— Ловлю на слове. Тогда не жалуйся, если что-то не понравится.
Песни из радио играли на рандом. Я смотрел в окно и не особо запоминал, куда мы едем. Может, и надо было бы. Долгое время многоквартирные дома сменялись домами поменьше; потом и вовсе исчезли — их заменили деревья, кусты и знаки, предупреждающие о лосях. Где-то на середине пути я уснул, облокотившись на стекло. Сквозь сон я услышал, как Нельсон сделал музыку тише.
Он разбудил меня, когда мы приехали. Открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь. Это место на обещанную деревню почти не походило. Высокая трава, вокруг ни души.
— Дальше пойдем, проехать не получится, — пояснил Нельсон.
Не зная ничего в этой местности, я послушно пошел за ним по немного заросшей, не асфальтированной дороге. Уже скоро мы вышли на поляну, где виднелись несколько двухэтажных домиков. Нельсон уверенной походкой пошел за них по едва заметной тропинке, да так, что я едва успевал за ним.
— Куда мы идем? — поинтересовался я, замечая, что мы отходим от изначального места все дальше.
— Помнишь, я говорил об одном человеке?
В скором времени мы вышли на холм, где впереди на поляне был разведен костер, а чуть дальше у воды стоял высокий мужчина и, насколько я понял, рыбачил. Нельсон подтолкнул меня в спину, и я спустился к воде. Но не успел я даже поздороваться, как Нэрелл сам начал разговор:
— Вы тот самый врач, который добровольно, по доброте душевной, — он усмехнулся, — решил приехать в это захолустье?
— Всё верно, — я немного растерялся такой прямолинейности.
— Добро пожаловать, — ничем не разбавленный сарказм.
Мужчина даже не повернулся в мою сторону — настолько был уверен в своей правоте. А потом обратился к мгновенно напрягшемуся Нельсону:
— И зачем ты мне его привел?
— Ты здесь совсем загнёшься, если я буду сидеть, сложа руки.
— Он мне зачем, я спрашиваю?
Нэрелл наконец обернулся и при этом посмотрел так, будто я — причина всех его бед.
— У меня всё под контролем и я не хочу, чтобы кто-то посторонний совал нос в наши дела.
Это было достаточно грубо.
— Я понимаю, почему вы так реагируете на меня, но я сомневаюсь, что у вас «всё под контролем», потому что это точно не так! За последний месяц здесь произошло много всего, в особенности плохого, и я, как и мистер Нельсон, не могу оставить это без внимания, — твердо произнес я.
— Вы врач или следователь? Ваше дело лечить людей, остальным займусь я.
Нэрелл вздохнул и продолжил, не сводя с меня внимательного взгляда:
— Раз уж выпроводить я вас двоих не могу, то завтра нужно будет сходить к пострадавшим. Ещё вопросы?
— Если вы со всем справляетесь сами, как пытаетесь убедить нас, то почему и эту проблему не решите?
— Рот закрой.
Я на секунду опешил от такого, и даже Нельсон не стал вмешиваться, хотя явно был недоволен тем, как прошел разговор.
— Боюсь спросить, — аккуратно начал я, но меня перебили.
— Так и не спрашивай, доктор, — последнее слово он выделил голосом, как бы указывая мое место.
Не собираясь терпеть это, я, не сказав ему больше ни слова, покинул это место. Не знаю, куда точно я шел, не обернулся даже на оклик Нельсона. Завтра после обеда. Ладно. Пусть будет, как он скажет. Покончу с этим и век ещё не увижу его.
Позже Нельсон нашел меня у машины. Он извинился за случившееся, помог перенести вещи в мое новое место проживания и уехал.
Время близится к вечеру. Сейчас я нахожусь в, стоит признать, достаточно уютном доме посреди леса. В этом месте каждое здание отделено от других не менее, чем полутора сотней метров. Дом, который мне выделили включает в себя одну комнату и достаточно просторную кухню. К моему счастью, внутри было очень чисто и сухо, за исключением только лестница на второй этаж, которая, так же как и ступеньки у порога дома, немного прогнила, а на стенах сзади домика виднелся мох. В прочем, жаловаться мне не на что. Природа здесь была, как я и представлял, великолепна. Для начала я прогулочным шагом вышел из дома и сел на истерзанную временем лавочку. Кажется, на ней даже были царапины от чьих-то когтей. Наверное, у прошлых владельцев была собака или ещё какое-нибудь животное. Оторвавшись от скучного разглядывания древесины, я поднял взгляд на открывшийся мне вид. Я совсем не преукрашиваю, когда говорю, что флора здесь очаровательна. Широколиственные деревья насыщенного зелёного цвета росли по всему периметру. Почти в любое время суток можно было услышать пение птиц, коих в окрестностях было не мало разных видов. До темноты я успел пройтись по обширной территории, чтобы развеяться, и это здорово помогло.
25 Августа.
Настенные часы показывали 04:16. Телефон одиноко лежал на деревянной тумбочке у кровати.
Я устало потер рукой глаза. Обычно я использовал фонарик, чтобы не пробираться по дому вечером на ощупь, пытаясь ни во что не врезаться. Свет включать не хотелось. Растворимый кофе в кружке с забавным белым котиком уже давно остыл и теперь грустно стоял, совсем забытый мной. Последние десять минут книга, лежащая у меня на коленях, оставалась недвижимой. Я упорно пытался прочитать текст на странице, которая была у меня перед глазами, но мозг просто отказывался воспринимать информацию, постоянно возвращая мои мысли к тому диалогу. То, что здесь что-то нечисто, понятно и без моих догадок и домыслов. Я глубоко вздохнул, успокаиваясь. Главное для меня сейчас — не потерять лицо перед Нэреллом, поэтому я должен быть невозмутимым и, как он сказал, хорошо выполнять свою работу. А с остальными разберусь без его ведома и контроля. Да и что он может мне сделать? Правда, и чего я испугался? Нужно отдохнуть часов до десяти, чтобы не выглядеть совсем плохо. Я вернулся на второй этаж, оставив все, как есть. Предпоследняя ступенька зловеще скрипнула, отчего у меня по спине пробежал холодок и я поспешил скрыться в комнате.
Было одиннадцать часов, когда я вновь открыл глаза и сразу зажмурился от яркого света, что сплошным потоком лился из окна. Немного проспал, но ничего страшного. Поднявшись с мягкой кровати я ощутил приятную лёгкость во всем теле, чего не было уже долго. Я выспался! Замечательная новость. Думаю, день обещает быть хорошим. После водных процедур я оделся и спустился на кухню. В пару глотков все же допил горький кофе, ведь выливать его было жалко, и на скорую руку приготовил горячие бутерброды с колбасой и яйцом. Собственно говоря, только я закончил трапезу, выключил газовую плиту и помыл посуду, как на тропинке, ведущей из деревни, появился мой гость. Он сухо поздоровался и пожал мне руку. Я про себя отметил, что говорит он спокойно и четко, а голос глубокий и немного хриплый. Теперь, когда мне довелось встретиться с ним лицом к лицу в спокойной обстановке, могу сказать, что на вид он очень даже привлекательный для своего возраста. Мужчина лет тридцати семи с тёмными прямыми волосами до плеч, которые в некоторых местах сильно запутались, одет в простую белую рубашку, первые три пуговицы которой были небрежно расстегнуты, и свободные черные брюки. Если описывать лицо, то стоит отметить, что у него темные зелёные глаза, нос с небольшой горбинкой и тонкие губы, которые при мне ещё ни разу не растягивались в улыбке. Руки его оказались грубы, из чего я сделал вывод, что он часто занимается тяжёлым трудом. Возможно, у него здесь есть семья, за которую он волнуется. От этой картины у меня в груди стало тепло. Может, зря я на него наговаривал, и Нэрелл не такой уж и плохой. Но следующей фразой он разбил все мои надежды на дружбу с ним:
— Прекратите улыбаться, это выглядит жутко! — сказал он с напускным отвращением.
Невыносимый человек, к тому же грубиян. Видимо, мысли ясно отразились на моем лице, потому что потом Нэрелл снисходительно похлопал меня по плечу и сказал не дуться.
Их здание больницы оказалось достаточно старым, но в остальном пригодным. Нэрелл молча провел меня к одной из комнат. Как только дверь открылась, на меня уставились семь пар удивлённых глаз. Я представился, чем вызвал у некоторых ещё большее недоумени, хотя доказательством служил полный набор медикаментов в моей сумке. Одна из девушек подала голос:
— Это правда? — обратилась она к Нэреллу за моей спиной. Тот угрюмо кивнул. — Тогда я рада вашему появлению.
Ее голос звучал тихо, надорванно. Правильнее сказать, обречённо. Но я, кажется, вселяю в нее некую надежду.
— Это займет время, но я помогу вам.
Я улыбнулся ей и она ответила тем же. Неплохое начало.
— Вы можете рассказать, что случилось? — спросил я, поднимая взгляд на остальных присутствующих.
— А может, вы уже делом займетесь? — съязвил мне один из них.
«Забавно, но только вчера я слышал похожую фразу» — вспомнил я, но никак это не прокомментировал.
В углу комнаты сидел парень лет девятнадцати. В глаза сразу бросилась наспех перевязанная рука и пятна крови. Я сделал пару шагов к нему, пододвинул ближе первый попавшийся под руку стул и опустился на него. Парень окинул меня полным недоверия взглядом, но ничего предпринимать не стал. Я осторожно коснулся его локтя, перетягивая на себя.
— Кто завязал это так ужасно? — спросил я, как только снял почти болтавшуюся ткань.
— Я.
Я оглянулся посмотреть и сразу почувствовал, как меня уколола вина за сказанное. Нэрелл не смотрел на меня, разглядывая белую стену, но я чувствовал его дискомфорт. Исправляться точно не стоило, ему не понравится, если я его пожалею.
— Как звать? — обратился я к парню.
— Марк.
— Это укус? Кто на тебя напал? — я перевел тему, разглядывая порванную до самого запястья кожу.
— Ты не поверишь.
— И все же я настаиваю.
Ответ прозвучал с небольшой задержкой:
— Лось.
Я и правда не поверил. У лосей нет клыков, чтобы так сильно вцепиться в мясо. Зашивать было нельзя. Специального оборудования нет. Я достал из сумки обезболивающее и воду, чтобы сразу протянуть парню. Марк выглядел удивлённым.
— Я думал, обойдёмся без этого, — негромко сказал он, явно сомневаясь.
— Конечно нет. Это вообще-то больно. Пей давай.
Начавшие гнить края раны пришлось аккуратно срезать, а затем обработать все и наложить новую повязку. Марк явно вздохнул с облегчением, разглядывая свою руку. Даже поблагодарил.
Джек больше не произнес ни слова, пока я был занят остальными людьми. И все же меня интересовало, что за зверь был виной, без сомнения ужасных, травм этих людей. Здесь что-то неладно.
Я — Генри Аддерли, английский врач. Через два дня я улетаю в Северную Америку, где мне предстоит пробыть пару недель. Поездка туда будет долгой, ведь лететь на самолёте придется более семи часов. Я начал вести дневник, чтобы потом в деталях рассказать обо всем моей дорогой Люсиль, которая останется в Англии и будет ждать меня дома. Живу с сестрой, так как жену я себе не нашел. Моя профессия почти не оставляет времени на себя и семью; не каждая женщина согласится это терпеть всю оставшуюся жизнь. Да и уже после тридцати лет первое место занимает работа. Что ж, я отошёл от темы. Всего два дня и я покину этот дом. За столько лет мог бы и привыкнуть, но каждый раз как в первый волнуюсь, лишь бы ничего плохого не произошло в мое отсутствие. Я уверен, что Люсиль справится без меня. Пусть она уже не маленькая сестрёнка, о которой нужно заботиться, но волнуюсь я за нее всё так же сильно.
Сейчас за окном темная и мрачная ночь. Глаза закрываются. Конечно, мне нужно выспаться перед не близкой дорогой, но бессонница мучает уже не первый год. Знаю, что ни к чему хорошему это не приведет, но заставить себя снова в почти кромешной темноте бездумно смотреть на немного обшарпанную деревянную стену, в тщетных попытках уснуть, не могу и абсолютно точно не хочу. Сестра снова будет сердиться, если вдруг проснется и поймет, что я не сплю, но это ничего страшного, поругается немного и успокоится, как и всегда.
Черная круглая лампа на моем рабочем столе мигнула, на секунду погрузив комнату во мрак. Я устало потер переносицу, снял очки, аккуратно положил их на стол и выключил неприятный для моих уставших глаз желтый свет. Маленькое пространство моей скромно обставленной комнаты теперь освещалось лишь редкими проблесками огоньков, исходящих от проезжающих мимо дома машин и одиноко стоящих у дороги фонарей, которые грустно склонили свои «головы» над проезжей частью, создавая ещё более унылую атмосферу и окончательно портя мне настроение. С самыми грустными и нагнетающими мыслями я всё-таки заставил себя встать из-за стола — при этом старый стул неприятно заскрипел, разрезая уютную тишину ночи — и лечь на мягкую кровать, опуская голову на подушку. На свое удивление, я почти сразу почувствовал, как погружаюсь в сон. Видимо, ведение дневника пошло мне на пользу, а конкретно, помогло разобрать мысли и успокоить взбудораженный разум.
21 Августа.
Все вещи собраны в чемодан, который неподвижно стоит у двери в прихожей и ждёт, пока я соизволю выйти из своей комнаты, попрощаться с Люсиль, взять его и уехать в аэропорт. Может я зря себя нервирую пустыми домыслами, но меня гложет изнутри очень-очень плохое предчувствие. Я вернусь к дневнику позже, когда будет свободное время.
Итак, я набрал в лёгкие по-больше воздуха, стараясь успокоиться, и все-таки вышел из комнаты. Люсиль уже смиренно ждала меня на крыльце, мило улыбаясь. Когда я приблизился, она накинула мне на плечи мое любимое коричневое пальто, которое я ношу уже не один год. Я поцеловал ее в щеку, взял увесистый черный чемодан и сел в машину. Счастье, что я живу достаточно близко, поэтому могу доехать до аэропорта минут за десять на такси.
Я взошел на самолёт точно в назначенное время, занял свое место у окна, за которым начинало смеркаться, снял тяжёлое пальто, потому что в салоне было тепло и без него, и поставил в ноги чемодан, а потом достал из него книгу. Это был «Этюд в багровых тонах» Артура Конан Дойля, который я перечитывал из раза в раз, искренне наслаждаясь захватывающим сюжетом. С головой уйдя в любимую историю, я не сразу заметил, что ко мне подсела молодая пара. Девушке на вид было лет двадцать пять, а ее молодому человеку около тридцати, как мне показалось. Они взахлёб что-то обсуждали, если я правильно понял, говорили о предстоящей свадьбе. Ее голос был чуть визжащим, в отличие от партнёра, из чего я сделал вывод, что девушку это волнует гораздо больше, чем будущего мужа. Я невольно улыбнулся ее весёлому поведению, очень уж счастливой она выглядела. Мне в голову пришла мысль, что, быть может, все не так уж и плохо и я понапрасну волнуюсь? Но только я расслабился и отложил книгу, как самолёт сделал резкий маневр в сторону, и стеклянная бутылка с тёмно-коричневой жидкостью, которую минутой ранее мужчина поставил на столик, опрокинулась прямо на мое пальто, которое мирно лежало на коленях. Мои попутчики мгновенно замолчали, девушка испуганно прикрыла рот руками. Я вздохнул. Ну конечно же все не могло пройти без происшествий! Я медленно поднялся со своего места и, не сказав им ни слова, удалился в уборную. Пятно было немаленьким, но я решил, что времени у меня ещё много и я смогу его отмыть. К слову, потратил я на это занятие не менее получаса, а когда вернулся на свое место, мне пришлось выслушивать многочисленные извинения от попутчицы. Я, конечно, ей очень признателен за оказанное внимание, но настроения нет совсем, поэтому я спокойно заверил ее, что ничего страшного не случилось и я вовсе на них не злюсь. От мужчины же я не услышал ни слова.
Последний час полета я спал, приложив к стеклу уже почти высохший плащ.
22 Августа.
Сейчас, когда у меня появилась возможность продолжить, я запишу, как прошел этот день. Нью-Йорк встретил меня шумом проезжающих машин и красотой высотных зданий. Уютом веяла каждая кофейня. Оживленные улицы, везде снующие люди. Это — город суеты и спешки. Он очаровывал своей уникальной атмосферой: у него получалось приводить в восторг своим величием, красотой и в то же время удивлять комфортом пребывания, добротой местных жителей. Да, общество здесь оказалось очень разношёрстным, но радушие всех людей приятно удивляло. За пару часов я заселился в гостиницу и обошел окрестности. Ну, как окрестности… Успел завести знакомство с достаточно милой девушкой, пока покупал кофе. Я решил, что впредь буду заходить только сюда, потому что Эмма оказалась хорошим собеседником и отличным бариста, а ещё кафейня, где она работала находилась недалеко от отеля, в который я заселился. Излюбленный мной латте макиато был как всегда изумителен. Без цели прогулялся по одной из аллей. Признаться, в ряд посаженные деревья и чистые дорожки производят хорошее впечатление. Думаю, мне обязательно стоит вернуться туда ещё. Даже немного завидую людям, которые могут позволить себе гулять там каждый день с собаками. Смотреть, как бегают эти милые и резвые животные — одно удовольствие! Уже поднявшись со скамейки, чтобы пройти дальше, я неожиданно почувствовал лёгкое прикосновеник к своему плечу и обернулся. Голубые глаза, волосы с рыжеватым отливом. Мы замерли друг напротив друга, не веря глазам. Я не ожидал его здесь встретить…
— Генри! Как чувствовал, что это ты! Мы не виделись с окончания школы!
Я помнил, что Мэтт всегда очень эмоциональный, поэтому не удивился, что он весь светился от радости. Я похлопал его по спине, приветствуя, и тоже улыбнулся. Всё-таки мы были друзьями. Нашу дружбу остудили семь лет разлуки. Он тогда уехал из Лондона, списывались мы редко, да и обоих больше волновала карьера, нежели поддержание общения. Я не знал, кем он стал по итогу и это была хорошая возможность задать интересующие вопросы.
— Рад встрече. Живёшь здесь или заездом по работе?
Метт немного изменился в лице, видимо, не ожидал, что я начну именно с этого, но ответил просто и понятно:
— Живу. Англия с ее частыми дождями казалась мне слишком серой.
Я в общем то был с ним согласен, но переезжать всё равно не собирался. Лондон напоминал о детстве, когда ещё были живы родители, а я играл в футбол с соседскими ребятами.
— Ты проездом, да? — спрашивает Метт для поддержания разговора.
Киваю:
— По работе. К слову, не проводишь меня? Я здесь первый день, ещё не успел город посмотреть.
Он несколько растерянно соглашается, и я называю адрес.
Асфальт под ногами кажется необычно чистым для большого города. Ещё не пожухлая, недавно покошенная ярко-зеленого цвета трава растет по краям и уходит куда-то в глубь парка. Между мной и моим приятелем повисает тишина, которую, к своему сожалению, я не могу назвать комфортной, но она и не напрягает. Метт, кажется, проникся атмосферой этого места и не был против моего затянувшегося молчания. Начиная осознавать свою беспричинную холодность к нему, я на мгновение оказываюсь захвачен желанием поддержать общение с этим близким мне человеком, но этот настрой довольно быстро сбивает понимание, что за столько лет мы оба изменились. Я точно. Он — может быть.
— У меня номер телефона другой уже как несколько лет. Может, запишешь? — предлагает Метт, а я и не отказываюсь. — Буду потом ждать рассказа, что у тебя за работа такая.
Он улыбается так искренне и лучезарно, как в былые времена, и мне даже становится грустно, что мы так долго не общались. Как же я соскучился по нему.
Главное здание центральной больницы встречает прохладой от вентиляторов и ярким освещением. Девушка на ресепшне указывает мне дорогу, после моего объяснения, к кому мне нужно.
Мистер Хилл — мужчина среднего роста с каштановыми короткими волосами и натянутой улыбкой. При разговоре он активно жестикулирует руками и часто повышает голос до визга. Этот человек несёт ответственность за мое пребывание здесь. Я не могу назвать его начальником, ведь я работаю сам на себя, но он отвечает за мое проживание и устройство. Так сказать, одно его слово — и мне открыты почти все дороги. Это, безусловно, полезно, но я не в восторге от его компании. Наш разговор быстро переходит к делу. Мое присутствие здесь необходимо потому, что идёт война, отчего большинство граждан отправлены на фронт, в том числе и профессиональные врачи. В связи с нехваткой людей, у меня будет загруженный график работы, но это компенсируется достойной зарплатой и тем, что нет нужды оплачивать снятый для меня отель, он не моя забота. Мистер Хилл перечисляет некоторых желающих попасть ко мне на прием клиентов, преимущественно, с серьезными механическими травмами, требующими хирургического вмешательства, когда его речь прерывает телефонный звонок. Его лицо кривится в гремасе отвращения, когда он слышит, что ему говорит собеседник.
— Перенесите встречу с ней. Скажите все, что угодно, лишь бы ушла! — в голосе слышатся истеричные нотки, — Нет, сейчас не подходящее время, я занят, очень занят. Прибывший к нам… Но… — его глаза расширяются, а выражение лица становится похожим на жалобное. — Понял.
Он сбрасывает звонок и со стуком кладет телефон на стеклянный столик. Без объяснения сцены, невольным свидетелем которой я стал, мистер Хилл резко и неожиданно меняет тему:
— Нельсон будет рад видеть тебя в этом же кабинете завтра в час дня. Кое-что поменялось, — он вздыхает. — Он сам расскажет. На этом все.
Я вежливо прощаюсь, удивленный таким поворотом событий, и выхожу из кабинета. Что ж, думаю, ответы на мои вопросы мне должен дать вышеупомянутый человек.
Свет рассеивался по пустым вагонам, и "гармошка" между ними издавала громкие хрипящие звуки, создававшие впечатление дыхания спешащей в темноту уставшей электрички. Резкое торможение по рельсам выбивало из нее леденящий душу крик. Только на редких остановках она могла отдышаться и затихнуть, чтобы потом снова сорваться с места, пока механический голос монотонно объявлял станции одну за другой.
baratheonpilled
jacobvanloon
izzy806
tangentwithtanner
dailybridgerton
dededos
areudirty
ellievsbear
discoholicmusic
